Раньше Персиваль Грейвз не замечал, сколько волшебных существ обитает в его городе.
========== 1. Рогатый змей ==========
30 Seconds To Mars, “Attack”
21 февраля, 1927 г.
Кабинет мадам Президент остался неизменным. Даже массивное пресс-папье, изготовленное из дорогого красного дерева и изображающее рогатого змея*, свившего своё туловище в тугие кольца, стояло на столешнице на том же самом месте с точностью до сантиметра.
- Рада видеть вас в добром здравии, Грейвз, - поприветствовала его Пиквери, встав с богато украшенного кресла, когда он ступил из камина на пушистый ковёр, покрытый вычурными узорами. Отряхиваться от золы он не стал – мадам Президент крайне не любила, когда пачкали этот самый ковёр.
- Доброе утро, президент Пиквери, - кивнул он в ответ. Голос всё ещё отдавал хрипотцой, как ни хлопотали над ним колдомедики.
- Как официально, - криво усмехнулась Пиквери. – Присаживайтесь, - пригласила его сесть в мягкое кресло для посетителей. Кресло было таким же кричаще дорогим, как и всё в этом кабинете. Грейвз всегда чувствовал себя здесь крайне неуютно. Излишек деталей декора и волшебных безделушек сбивал с мысли и давил своим количеством.
- Благодарю, - коротко отрицательно качнул головой Грейвз, - но не собираюсь задерживаться у вас надолго. Я и так отсутствовал непозволительно длительное время.
- Не терпится приступить к работе? – мягко спросила Пиквери, продолжая стоять. Словно ей тоже было неуютно. Виной этому было, скорее всего, его присутствие. – Вы же только из Пэвэти**. И в официальном отпуске ещё неделю.
Грейвза охватила неожиданная, еле заметная дрожь, заставившая его взмокнуть, хоть в кабинете и было прохладно. Нет, он больше ни дня не проведёт в лечебнице Пэвэти, работающей исключительно для сотрудников Конгресса. Горькие настойки колдомедиков, которыми им приходилось поить Грейвза зачастую насильно, ещё долго будут вызывать желание аппарировать в другой конец штата. Если уж цепкие эскулапы нехотя разрешили ему выписаться, он больше ни на минуту не вернётся в опостылевшие стены, державшие его взаперти почти два месяца.
- Спасибо, Серафина, но я уже достаточно отдохнул, - тихо произнёс Грейвз. В волшебно созданной тишине кабинета слова слышались отчётливо. - Допусти меня к работе, иначе я проведу остаток жизни в Пэвэти. В крыле для душевнобольных.
По холёному лицу мадам Президент прошла едва заметная судорога. Она сдержанно кивнула.
- Что ж, мистер Грейвз. – Пиквери выдвинула одну из полок своего стола, доставая из неё волшебную палочку, инкрустированную перламутром, фирменным знаком мастера Йонкера***. – Тогда вам пригодится это.
Грейвз с неудовольствием заметил, что его руки всё ещё едва заметно дрожали, когда забирал из украшенных массивными золотыми кольцами пальцев мадам Президент свою палочку.
- Поздравляю с возвращением к работе. Нам всем вас не хватало.
«Врёшь», - отчётливо подумал Грейвз, глядя в её почти до черноты карие глаза. Она и не заметила его отсутствия.
Впрочем, можно ли её винить?
Два месяца назад, после ареста и долгих допросов Грин-де-Вальда, который упорно не хотел выдавать местонахождение Грейвза, его всё же нашли. Относительно невредимого. Относительно живого. Абсолютно не в своём уме.
Никто не мог сказать точно, как долго его держали в заложниках. Грин-де-Вальд не раскололся и не сообщил, как давно подменил главу Аврората, а самому Грейвзу кто-то основательно исправил память, чтобы он не смог сообщить ничего важного коллегам о самом опасном волшебнике своего времени.
Грейвз смутно помнил, как его, истощенного, почти всё время спящего из-за целебных зелий, в первый и последний раз посетила Пиквери.
- Два аврора дежурят у дверей посменно, чтоб он не оставался без надзора ни на минуту, - отдала она приказ голосом, в котором отчётливо слышались накипавшие слёзы. – Докладывать мне о состоянии трижды в день. Если он не выживет - отвечать будете все. Лично передо мной.
Но он выжил.
Едва вновь обретя способность выражать свои желания, он запретил допускать к себе посетителей. Ещё не хватало, чтобы подчинённые видели его в таком жалком и беспомощном состоянии.
Особенно некоторые.
***
Едва выйдя из кабинета президента, Грейвз впервые столкнулся с этим.
Секунду назад все занимались своими делами. Женщины смеялись и болтали, поправляя утренний макияж, мужчины пили первые за день порции кофе, обмениваясь накопившимися за выходные новостями. Но стоило двери хлопнуть за его спиной, как все взгляды сконцентрировались на нём.
Секретарь президента, ответственная Линор, мазнула сдержанной бежевой помадой мимо линии губ. Заместитель Грейвза, коренастый остроглазый Кёртис Вайс****, неловко рассыпал содержимое внушительной стопки папок, но не шелохнулся, чтобы исправить оплошность. Имён остальных работников Грейвз не знал или не помнил, но видел, как побледнели и вытянулись их лица, а во взглядах отразились удивление, неверие, а у некоторых – страх.
На его лице не дрогнул ни один мускул, когда он прошёл мимо застывших, как живые статуи, людей, приветственно кивнув своему заместителю.
Они боятся его. Они всё ещё видят в нём Грин-де-Вальда.
