В этот раз Александра часто ошибалась касаемо материально весомых данных, и мне это не понравилось. Но она составила лишь на основе произошедшего и нескольких никнеймов подозреваемого его психологический портрет, который я использовал для ловли Карро.
* * *Кристиан, проснувшись, убедился в том, что Саша спит, вжавшись в стену и выстроив между ними преграду в виде скрученного одеяла.
Фишер бесшумно встал с постели и пошел в ванную.
Спустя пять минут он бесцеремонно потряс за плечо девушку.
– Отстань, – последовал ответ.
– Вставай и свари мне кофе. Мы скоро выезжаем. Саша открыла глаза, в них плескалось возмущение: – Нет, Кристиан, я заслужила хотя бы один выходной, ясно? Сам вари себе кофе!
– Каким образом мне с тобой договариваться сейчас? На ум приходят только угрозы!
– Просто дай мне поспать. Ты не представляешь, как я буду тебе благодарна!
– Не пойдет, – Кристиан задумался, облокотившись плечом о стену, а потом во взгляде его мелькнула догадка. – У меня, кажется, шов разошелся. Это причиняет страшную боль. Поможешь?
Саша скептически и сонно взглянула на него, отрывая голову от подушки.
– Я тебя ненавижу!
Кристиан улыбнулся.
Она сострадательна.
Мне посчастливилось родиться в ту эпоху, когда откровенное выражение чувств или комично, или обаятельно, или неуместно, а простые, светлые, человеческие взаимоотношения – не в моде. Теперь любовь – прерогатива так называемых «серых» обывателей, приравнивается к сексуальности, она неотделима от нее и безнаказанно позволена лишь если она – глянцевая или если ты – великий. В любом другом случае любовь – это пошлость, слабость.
Лет двести назад таких, как я, искренне жалели. Вот, сказали бы они, человек, обреченный всю жизнь оставаться мертвым. И они были бы невероятно правы. Насколько проницательны люди седых поколений! И насколько глупеют люди теперь, глумливо попирая истинные человеческие ценности. Любовь, дружба, честь, благородство, верность – всё то, чем я могу только издали любоваться, подобно тому, как любуется на звезды астроном. Сегодня люди не понимают, что чистый рассудок слеп. Иначе зачем бы мне пригодилась эта бедная, сумасшедшая девочка с ее неблагоразумно распахнутым сердцем?
Нормальный человек – это всегда равновесно устроенная индивидуальность, свободная в своих проявлениях и умеющая мыслить. Сейчас немодно быть таким, если только ты не ангел милосердия и не обаятелен при этом. А мода – сила сокрушающая, она управляет символами, образами в массовом сознании людей. Она важнее политики, потому что манипулирует и ею. В ее властных руках все тенденции развития общества.
Мне должно бы сделаться страшно за мир, но я не могу испугаться и просто думаю, как хорошо, что я родился здесь, и теперь живу по всем правилам, вписывающимся эту в систему.
<p>Часть 3</p><p>Андрас</p>* * *– Так ты демонолог или кто? – спросила Саша, глядя, как Кристиан собирается уходить.
