- Ты возьмешь себе Никифорова. У него нет проблем с техникой, артистизмом, риторикой, но нет и толковой программы.
Юри обреченно застонал и уронил голову на сложенные на столе руки.
Виктор Никифоров, сын русских эмигрантов, восходящая звездочка их школы, призер многочисленных юниорских, должен был в первый раз выступать во взрослой категории. Яков возлагал на него большие надежды.
Вот только юношу не за красивые глаза прозвали в школе Бестией.
Юри не привыкать было иметь дело с яркими, полными харизмы людьми, но Виктор превосходил их всех. Он светился не только на льду, но и в жизни, непринужденно обаятельный, очаровательно язвительный, невыносимо прекрасный.
И настолько же сложный в плане работы. Чему ну вот совершенно не помогал статус любимчика Якова.
Интуиция уже предчувствовала проблемы. Не мог Яков просто так взять и передать своего фаворита, он и сам способен поработать над хореографией. В принципе, для юниорских соревнований так и делал. Что изменилось?
- За что вы так со мной?
- Юри, - Фельцман улыбнулся, что на его квадратном лице с грубыми чертами и массивным подбородком смотрелось жутко. Как-то хмурые гримасы были гораздо привычнее. - Ты талант, газеты называют тебя гениальным хореографом. Я не смогу дать Виктору и половины того, что дашь ему ты.
В углу поперхнулся Пхичит, Челестино протрезвел, Минако приоткрыла рот от удивления. Фельцман никого никогда не хвалил открыто.
Юри прищурился.
- Вы так хотите от него избавиться?
Фальшивая улыбочка исчезла моментально.
- Да! - рявкнул Фельцман. - Пока не придушил твареныша. Иногда хочется выпороть гениального засранца крапивой по заднице, его спасает только то, что он быстро бегает и хорошо прячется, - ругался тренер долго и со вкусом, но все же закончил тираду, выдохнул и уже более спокойно произнес: - В общем, Кацуки, солнышко ты наше восходящее, только у тебя хватит терпения иметь с ним дело. Так что отныне Виктор Никифоров твоя проблема. Но помни: морально мы с тобой. Если однажды ты прибьешь этого поганца талантливого коньком по башке, я слова не скажу.
Юри ошарашено кивнул, обдумывая печальные перспективы. С подопечными он предпочитал договариваться, как быть с тем, на кого имел управу только кнут и каменный пряник Якова?
Учительская опустела быстро, тренеры рассосались по своим рабочим местам, план на день у каждого был насыщенный. Остался лишь Фельцман, заполнявший какие-то бумаги.
В кабинет проскользнула гибкая тень, мужчина не обратил на нее никакого внимания. Вернее, сделал вид, что не обратил.
- Все, Кацуки официально твой хореограф, - пробурчал он недовольно.
- Замечательно, - промурлыкал полным довольства голосом Виктор Никифоров, краешком телефона водя по точеным губам. - Как и договаривались, снимки уничтожаю. Нет, в самом деле, Яков, трико тебе идет. Даже стройнит. В некоторых местах, - звонко расхохотался парень.
Фельцман заскрипел зубами, отложил ручку и уставился на поганца.
- Кацуки ты тоже будешь завоевывать шантажом? Имей в виду, с ним такой номер не пройдет, после первой подобной выходки ты потеряешь его доверие навсегда.
- Ну, что вы, тренер, какой шантаж! Нежность и ласка, исключительно нежность и ласка. Пока-пока, увидимся! - помахал ручкой и вышел из кабинета.
Фельцман подумал и потянулся к припрятанному в сейфе возле стола графину. Прости, Кацуки, либо ты, либо снимки в спортивном трико красного цвета.
Виктор, чуть ли не пританцовывая, уходил от спортивной школы. Душа пела от радости, воздух казался сладким и вкусным-вкусным.
Шантаж? Ну в самом деле, Яков! К Юри Кацуки нужен совершенно иной подход. С нежностью и лаской, ага.
Виктор привык получать все самое лучшее. Лучший костюм для выступлений, лучшая школа, лучший тренер, лучший результат в соревнованиях. И хореограф ему тоже нужен только лучший. Тот, кого называют гением, кто способен прославить своим выступлением или авторством любую программу.
С самого детства, с первого шага на лед, Яков учил его быть сильным, скрывать слабости. Виктор давно уже не тот робкий мальчик, способен дать сдачу, причем не кулаками - что вы, право слово, ему нельзя разбивать костяшки пальцев, вместе с изящным костюмом для выступления это будет смотреться совсем не красиво.
Любые отношения можно рассмотреть с точки зрения получения выгоды. Люди никогда не делают ничего просто так, бескорыстно, и Виктор, попав в мир фигурного катания, быстро научился отвечать тем же. Потакать собственным желаниям, маленьким сиюминутным прихотям… Яков считал его эгоистичным засранцем - о, Виктор в курсе любимых характеристик тренера - но не мог не признавать, что это придает выступлениям особенную эмоциональность.
В автобусе парень подключил наушники к телефону.
