Дальше был процесс зашивания ран. У отморозка и на этот случай было все приготовлено. Кривые иглы, нитки, вместо спирта для дезинфекции ниток использовалась все таже мазь. Растер черную каплю между пальцами и провел нить между ними же. Антеро поначалу стал зашивать себя сам, но потом перепоручил это дело мне. Ругал за безрукость, но терпел. Ну не фига ты мужик крут! Похоже ему было не впервой зашивать свою шкуру самому, но тут я появился и удобнее мне препоручить штопанье своего правого предплечья, чем корячится и извращаться самому, штопая себя левой рукой.
За зашиванием ран я невольно задумался, а не протупил ли я? Отморозок наверняка на мне отыграется за мою самодеятельность. Бежать теперь от него еще более тухлая затея, чем была раньше, все-таки мое лицо на поединке примелькалось и огласка боя гарантировано пойдет по всем ближайшим землям. Еще бы! Неизвестному рядовому рыцарю вдул какой-то там чемпион, в общем, огласка событию обеспечена.
Антеро на удивление, меня ни в чем не попрекал и делал вид, что мое недавнее поведение его ничуть не напрягает. Думает наверно про свой выигрыш кучи бабла.
Парламентер от компании, на которую я свой рот раскрывал, к нам пришел после перевязки. Шли ожесточенные торги за стоимость доспехов. Меч, компания рыцаренка зажала, сославшись на то, что это фамильный клинок и значит под трофеи не подпадает. Трофеялись только доспехи самого рыцаренка. С доспехами Иермо, судя по местным правилам был полный облом.
В итоге торгов Антеро стал богаче почти на пять золотых. Суммой дегенерат был недоволен, доспехи стоили дороже, но пять с чем-то золотых это лучше, чем сам доспех. Бродяга нуждался в наличности, а не в железе, которое еще надо куда-то везти, чтобы дали хорошую цену. Мы с бродягой оба чувствовали, что нас разводят, как лохов на деньги, но эти жулики клялись, что денег больше нет. Подвергать сомнению клятву рыцаря это гарантированно нарваться на новый поединок и пришлось довольствоваться, тем, что давали. Зажимать у себя доспехи тоже не было резона. Деньги нужнее, да и эти парламентеры, итак держались на грани приличия. Чую, что они подумывали подождать нас в лесочке, чтобы вернуть свое железо, если бродяга заартачится и не возьмет деньги. Неудивительно, что Антеро поступил вопреки своей жадности. Насчет возможного боя против почти двенадцати рыл в лесной глуши никто сомнений не имеет. Лозунг «грабь награбленное» вовсе не Ленином был придуман и существовал во все времена.
Я так же по ходу лишился своего меча. Антеро заявил, что мой полутор он забирает заместо своего сломанного. Вот засранец! Меч по самым минимальным расценкам на пятнадцать серебряных тянет. Если бы не моя ставка на бой, то я бы вообще, по итогам заварушки, в минус вышел бы. Я в начале, хотел «послать его лесом», но после передумал. В этот момент я четко осознал, что моя жизнь крепко привязана к Антеро. Пусть лучше мой полутор будет у Антеро. Ему нужнее, а мне все равно надо что-то подбирать под свою руку. Мне вовсе не улыбается в бою остаться с обломком меча. С широким и толстым клинком, вероятность такой оказии гораздо меньше.
Н-да, что тут говорить, интересно прошел для меня этот день. Выпив пиво на сон грядущий, я завалился спать на пороге комнаты бродяги. Кровать была одна, и мне по статусу и совести, на этой кровати спать не было резона.
На следующий день у меня был короткий разговор с бродягой.
— Я не знаю, дурак ты и наоборот очень умный, но в следующий раз предупреждай меня заранее! В любом случае все очень удачно прошло, — и я получил удар вполсилы в ухо. — Это тебе за самодеятельность!
— Если бы этот мелкий недопесок заявил бы о боевых правилах, то у нас бы уже вороны глаза выклевывали. Придурка я бы успокоил, но его холуи на нас бы отыгрались… Думай в следующий раз! — и я опять получил в ухо, и опять вполсилы. Ранения как-никак сказываются на ударе. Антеро же «лыбился» во все свои уцелевшие зубы в самодовольной улыбке.
— Удачливый ты дурак! Пусть Боги и дальше тебя награждают удачей! В следующий раз меня предупреждай! — и мой отморозок показал мне кулак.
Дальнейшие дни для меня пролетели почти незаметно. Я отдыхал от тренировок, выспался и попивал пиво в таверне. Пока Антеро валялся в кровати, пришлось ухаживать за его лошадью, несмотря на всю мою косорукость и неумение.
На четвертый день бродяге надоело бездельничать и он начал пропивать кровные денежки. Его раны, на мое удивление, почти зажили. То ли он мутант и на нем все «зарастает как на собаке», то ли контрафактная мазь и вправду вещь крутая и незаменимая.
Денек мы с бродягой еще «побухали» и потом началась рутина нашего постоянного кочевания с места на место. Компания малолеток и их сопровождающих, на наше счастье, еще два дня назад покинули деревушку. Сомнительно, что они два дня ждали нас в неподалеку от деревушки, чтобы по новой пообщаться, но «береженого Бог бережет».
Уходили мы из деревушки глухоманью, шли через лес пока не нарвались на лесную, похоже, звериную тропу.
