Если выход всего один – значит, надо идти через вход. Я потянулся к люку черного отсека и услышал предупреждающий голос:
– Лучше не надо.
– Кто тут? – спросил я, стараясь не обращать внимания на колотящееся сердце.
– Здесь только мы.
Обернувшись, я увидел Камиллу. Стюардесса стояла совсем рядом, одетая в красивый, минималистичный деловой костюм, в которых можно встретить, например, секретарш судебной палаты. В стильно завитых волосах торчали деревянная и платиновая палочки.
– Ты говоришь чуть иначе, – заметил я. – Быстро обучаешься?
– Стараюсь, – ответила Камилла приветливо. – База маловата.
– Даже не знаю, кто из нас шестерых мог бы ляпнуть подобное. Надеюсь, это не я.
– Нет, Арбестер. Не ты.
– Ясно. – Я обернулся на люк. – Так почему туда нельзя зайти?
– Можно, но ты не захочешь.
У Камиллы появилось заметно больше жестов. Еле видимые движения головы, глаз, плеч и даже бедер. Она переходила на полноценный вербальный язык.
– Почему не захочу? – возразил я. – Мне тут столько всего повидать пришлось, что я и в своих желаниях не уверен.
– Это Батискаф, – пояснила девушка.
Я похлопал глазами, снова обернулся на черный купол.
– Вот это? – переспросил я. – Я в Батискафе?
– Вроде бы мы снаружи него, разве нет? – скромно заметила девушка.
– Ну да, сделаю вид, что это все объясняет. Задам очевидный вопрос: где мы? Что это за место?
– Виртуальный шлюз входа-выхода для администраторов, ныне заброшенный. Компания «Сиана» называет его Фойе. Обычно пользователям не полагается его видеть, но ты покинул Версиану нестандартным путем.
– Ага, – с энтузиазмом кивнул я. – Так, стало быть, я выбрался из Версианы?
– Почти. В данный момент происходит процедура выхода из игры.
– И возвращения в нормальный мир?
Камилла кивнула, скосила глаза влево. Не помню в упор, это признак лжи, или воспоминаний?
– Не очень понимаю, что такое «нормальный мир», – призналась она. – Ты возвращаешься туда, откуда пришел.
– Ясно… – Я постучал пальцами по белоснежной коробке с не пойми чем. – Ты права, мне не стоит тебя доставать вопросами. Вряд ли ты понимаешь хотя бы, кем сама являешься. Даже я не понимаю. Лучше скажи, когда я уже выйду отсюда?
– Дай подумать. – Камилла приложила палец к губе и едва меня не рассмешила. – Процедура выхода из Версианы через Фойе ни разу не тестировалась на пользователях.
– Полагаю, ни разу, – согласился я. – В Версиане еще никто не устраивал лавин и разломов. И все же – сколько?
– От пяти до шести минут, согласно моим подсчетам.
– И потом я очнусь в сиано-костюме?
– Да.
– Хорошо, а мои друзья? Джек, Бурелом, Шанталь, Меркуцио, Лайм? Почему я их тут не вижу, что с ними?
– Фойе уникально для каждого игрока.
– Сгодится и такой ответ. – Сердцебиение уже не волновало, словно ангар поглощал меня целиком. – И каков статус каждого из них?
– Бурелом, Шанталь, Меркуцио, Лайм ждут выхода из игры в своих Фойе. Джек заперт в своем Батискафе.
– Отлично, он справился! – воскликнул я. – Держись, братан, я иду…
Черный купол испустил сдавленный вопль, заставив меня отскочить в сторону Камиллы. Я наступил ей на ногу. Снова этот голос – определенно ведь женский!
– Что это? – забормотал я. – Кто там сидит?
– Я не знаю, как ответить на твой вопрос.
– Все ты знаешь, – повернулся я с яростью. – Кто там?! Бот, человек, разработчик? Если Батискаф свой для каждого, то почему в моем Батискафе кто-то сидит?
– Мне очень жаль, Арбестер, – сказала Камилла с совсем легким оттенком робости. – Я действительно не знаю. Есть лишь один способ выяснить.
– Вот этот, да? – Я подбежал к люку. – Надо его открыть и посмотреть?
– Ты можешь это сделать, если таков твой выбор.
Печаль в ее тоне заставила меня остановить руку, уже протянувшуюся к единственной кнопке на черной поверхности. Я сжал трясущиеся пальцы в кулак, чуть отступил.
– Меня затянет внутрь, так ведь? – догадался я.
– Да.
– И я не смогу выбраться из игры. Даже в Фойе не вернусь.
– Да.
– Но если я зайду, то я увижу, кто там, верно?
– Верно.
– Надеюсь, ты в самом деле представляешь Версиану, а не просто так мне поддакиваешь, – пробормотал я. – Дай подумать. Мы сегодня играли, не имея шанса выйти наружу, кроме как через этот конченый Батискаф, который убивает при выходе. Нас таким образом подставил Меркуцио, чтобы затем вместе с нами искать выход. Он не нашел, зато нашел Джек. Джек разрулил ситуацию, найдя для нас способ выйти не в Батискаф, а сразу в Фойе – техническую комнату для админов. Я все верно сказал? И, если ты еще раз скажешь «да»…
– Ты в самом деле все правильно говоришь, Арбестер, нуб ты долбаный, – ответила Камилла. – Если тебе приперло склеить ласты в Батискафе – открывай дверь и вперед. Но будет азаза. Так что лучше не мацать.
Я прислонился спиной к черному куполу. Он холодил, точно бак с жидким азотом.
– Да, училась ты быстро, но со стилем у тебя проблемы, – резюмировал я. – Узнал почти каждого. Дам совет: не копируй меня. Сотри из своих датабанков все, что связано с Арбестером.
– Не могу я это сделать, ты же знаешь.
– Нет так нет, я хотел как лучше… Сколько у меня времени осталось до выхода?
– Три минуты.
