Бета-тест (ЛП) полностью

"Я бы сделал тоже самое ради любого друга", — попытался убедить себя Рави. Но затем вспомнил, насколько хорошо ощущались руки Тристана, которые держали его, пока ему было больно, и он знал, что целиком и полностью облажался.

* * *

Рави разбудило жужжание собственного телефона. Чёрт. Время ужина уже прошло, а Тристан всё ещё не вернулся. Он ответил на звонок, готовясь услышать о какой-нибудь катастрофе со стендом, но услышал единственное, что было хуже, сходящего с ума, Тристана - свою мать.

— Равикар! Наконец-то. Почему ты не отвечаешь на звонки своей семьи?

— Я был занят работой, — Рави осторожно сел. Он не собирался говорить матери о травме. Если она узнает, что он был ранен, то прилетит ближайшим рейсом, чтобы нянчиться с ним. — Я в командировке в Сиэтле.

— Ох. Поглядите-ка, какой важный стал со своей новой работой, — одобрение в её голосе смягчило его раздражение.

— Как у тебя дела, Ма? — спросил он, потирая болевшую шею.

— Авани сегодня приедет на примерку платья. Завтра мы пойдём в город, но сегодня вечером занимаемся карточками с ответами на приглашения и планировкой рассадки гостей. Почему у нас нет твоей карточки? — английский матери, когда она злилась, приобретал сильный акцент.

Рави сделал глубокий вдох. Настало время всё прояснить.

— Потому что я не приду. Я занят по работе.

— Даже не думай. Ты так много работаешь, что пропустишь свадьбу своей младшей сестрёнки?

— Я заглажу свою вину перед ней...

— Нет никакого "заглажу вину". Есть только ты, её бхай*, который должен выполнять возложенные на него обязанности (прим.пер.: бхай — брат, в переводе с хинди).

— Бхай Харэш может всё сделать, — Рави ненавидел перекладывать роль старшего брата на своего кузена, но ради своего душевного равновесия лучше поступить так, чем находиться там.

— Не оскорбляй нас этим. И у меня на примете есть несколько милых девушек. Хорошие семьи, некоторые из них наши старые друзья. Ты придёшь.

И вот она, причина, по которой он абсолютно точно не явиться.

— Ма. Меня не интересуют девушки. И тебе это прекрасно известно. Я гей.

Она издала звук отвращения.

— Не будь смешным. Мой сын не может быть... этим. Тебе просто нужно встретить правильную девушку. Дади и я всё обсудили. И составили список. В этот раз ты прислушаешься к нам и будешь очень счастлив (прим.пер.: дади — бабушка, в переводе с хинди).

Едва ли. Рави не мог представить ничего более жалкого, чем отношения с несчастной девушкой, которую выбрали его мать и бабушка. Хотя ладно, мог, например, то, что его мать продолжала утверждать, что её сын не гей, даже спустя десять лет с того момента как он впервые признался. У него были друзья среди Дези, и даже среди Гуджарати (прим.пер.: население штатов Индии Гуджарат и Дези), чьи родители смирились с их ориентацией. Была даже подруга транссексуал, которая нашла полное принятие в своей семье. Родители подруги были на её свадьбе с белой женой, но Рави застрял с консервативными мамой и бабушкой, которые посетят не традиционную свадьбу не раньше, чем начнут есть мясо.

С другой стороны, он знал людей, которые были полностью оторваны от своих семей. Что, бесспорно, отстой, но нахождение в странном состоянии неопределенности, при котором его мать продолжала настаивать на полном отказе от своей ориентации, очень изматывало.

— Ма. Я не приду и на этом точка.

Она издала кудахтающий звук.

— Мы поговорим об этом после того, как ты вернёшься из командировки. И можем достигнуть консенсуса позже. Ты же не хочешь разочаровывать Авани, Равикар? Я знаю.

Нет, конечно, он не хотел подвести Авани, поэтому избегал её. Мужчина знал, что та будет очень расстроена. Она была его первым другом, единственным кормильцем в семье, и девушка не заслуживала этого. Но Рави не смог придумать, как сделать всё менее унизительным и мучительным для себя самого.

Рави удалось закончить разговор с матерью как раз в тот момент, когда дверь в номер распахнулась. Было по-настоящему нелепо то, как быстро с него слетел депрессивный настрой, лишь при малейшем взгляде на Тристана, и как сильно он хотел его обнять. И именно поэтому мужчина остался сидеть на месте, пытаясь придать своему лицу нейтральное выражение.

Тристан, однако, не испытывал подобных терзаний. Он быстро подошёл к тому месту, где сидел Рави, и присел перед ним.

— Насколько всё плохо? — его пальцы невыносимо нежно касались челюсти Рави. — Я думал о тебе весь день.

— Я в порядке, — Рави не оставалось ничего другого, кроме как расслабиться. — Несколько швов и жуткий синяк.

— Я так рад, что с тобой всё хорошо, — Тристан поднялся, чтобы сесть рядом с Рави, даря ему самые нежные объятья на свете. И о, чёрт, Рави едва сдержался, чтобы не потерять контроль в ту же секунду. Он нуждался в Тристане слишком чертовски сильно.

Глава 14