— Тупик. Мы пробовали форсировать хребет по земле и по воде. Остается только по воздуху, — упрямо продолжал гнуть свою линию Ксенобайт. — Ладно, а если собрать дельтаплан из перепонок с крыльев птеродактилей? Наверняка программисты в них что-то подкрутили, не может такая махина так шустро летать!
— Ксен, как говорили классики: «рожденный ползать — летать не может». Даже если получится — это будет использование бага. А простые смертные как выкручиваться должны? Ну не наступила тут еще эра аэронавтики…
— Ребята, — вдруг проговорила Внучка. — По земле, по воде, по воздуху… А что если под землей?
Тестеры остановились, задумчиво глядя на Внучку.
— Подкоп? — с сомнением глядя на скалы, проговорил Махмуд. — Ну, Внучка, это уж ты хватила через край…
— Правильно! — глаза Ксенобайта загорелись нездоровым блеском. — Древесный уголь сделаем, серу поищем в Смердящем болоте… Селитра, нужна селитра! Или нет, надо, чтобы жахнуло покрепче…
— Ксен, ты что задумал? — с опаской уточнила Мелисса.
— Динамит! Нам нужен динамит. И побольше.
— Отставить динамит! — в один голос завопили Мак-Мэд и Махмуд.
— Да ладно вам, во всем мире горнопроходческие работы…
— Да нет, ребята! — замахала руками Внучка. — Должна быть уже готовая дыра!
— Дыра в горе — это пещера, — рассудительно заметил Махмуд. — В пещерах мы живем. Мы же с вами пещерные люди, правда?
— Ну?
— Так вот. Все пригодные для жизни пещеры мы уже обследовали. Квартирный вопрос, знаете ли. А зараза Ксенобайт нам все никак кирпичи изобрести не может!
— Значит — нужна непригодная!
— Непригодные для жизни мы уже тоже обследовали, — вздохнула Мелисса, — переоборудовали и сделали пригодными.
— Погодите-ка, — вдруг пробормотал Ксенобайт. Лицо его приобрело отсутствующее выражение. — Но ведь есть пещера, которую мы не обследовали… Пещера Большого Тушканчика!
Пещера Большого Тушканчика была, как нетрудно догадаться, святыней племени. По легенде, именно там и обитал тотем племени, великий и загадочный Пещерный Тушканчик. Так ли это на самом деле — никто не проверял, вход в пещеру был строжайшим табу.
Боты боялись этой пещеры до полного отсутствия аппетита. Для эксперимента Ксенобайт как-то раз сунул туда целую связку бананов. Никто из ботов так и не осмелился их стянуть. Это говорило о многом.
Быть может, опасения племени имели под собой не только религиозную почву. Как-то в сильную засуху в пещеру залез здоровенный пещерный медведь. Ксенобайт видел это лично, он как раз в это время проводил торжественный обряд по отмене бедствия и вынужден был забраться на верхушку тотемного столба. Медведь, немного порычав на программиста, полез в прохладные глубины святыни.
Ксенобайт посидел еще на столбе, потом слез и пошел собирать охотников для расправы над наглым животным. Однако, вернувшись, он обнаружил недалеко от входа аккуратно обглоданный медвежий скелет.
Впрочем, все приметы совпадали. Что, спрашивается, могло лучше подойти на звание «Тропы Пещерного Тушканчика»? Однако — как заставить трясущихся от страха пещерных людей преодолеть табу?
— Я пойду сзади, — мрачно предложил Ксенобайт. — Вот и проверим, кого они боятся больше: мифического Тушканчика или реального меня!
— Мамонта помнишь? — мрачно предостерегла Мелисса. — Так у нас все племя дуба даст.
Выход был только один. Где-то полчаса Ксенобайт камлал у тотемного столба перед входом в священную пещеру. Он завывал и корчился, отбивал чечетку не хуже бравших Зимний дворец матросов, периодически взревывал, вращал глазами и колотил в бубен. Племя рыдало от гордости за своего шамана. Внучка, не отрываясь от камеры, шепотом клялась, что, когда она продаст эту видеозапись на телевидение, два Майкла, Джексон и Флэтли, перевернутся в гробу.
Последний раз пройдясь «лунной дорожкой» перед тотемным столбом, Ксенобайт стукнул в бубен и сдержанно предложил записываться в добровольцы. Площадка моментально опустела. Кажется, телепортацию пещерные люди освоили куда раньше полетов.
Программист устало опустил бубен, вздохнул и яростно боднул тотем племени.
— Вот паразиты, — горько проговорил он. — Я тут для них распинаюсь, как гармонист на дискотеке, а они… Чума на оба ваших чума, блохастые кретины!
— Ксен, ну не переживай ты так, — неуверенно попыталась утешить его Внучка. — Им понравилось! Только…
— Только никто не хочет быть первым, — хмыкнула Мелисса. — Так что лезть придется нам. Что, в принципе, логично. Вот увидишь, если мы войдем в эту пещеру, пройдем ее насквозь и вернемся…
— К тому же, — кисло заметил Мак-Мэд, — у нас есть два добровольца.
Ксенобайт уныло глянул на «добровольцев» и застонал.
— Волчья Лапка… Я мог бы догадаться. Кто там второй?
Субъект в потертой шкуре с достоинством вышел вперед.
— Гадючий Язык. Сюрреализм. Унесите, — пробормотал программист. — Я могу понять Лапку, но ты?! Ты всегда был грязным сплетником, лентяем и пронырой, но при этом производил впечатление разумного существа. Что тебе-то не сидится?
