— Но в малых городах все было нормально?
— Ну как видишь, не нормально. Там Бетагемот распространялся медленно, да что я говорю — он распространяется до сих пор. В городках народу было мало, а зимой и того меньше. Землю между ними скупили богачи. — Уэллетт жестом указала на жухлую листву за ветровым стеклом. — Здесь были сплошные частные владения. Состоятельные старые мужчины и женщины, которые не тусовались, имели хорошее медицинское обслуживание. Разумеется, теперь их больше нет.
«Наверное, на „Атлантиду" отправились, — подумала Кларк. — Некоторые, по крайней мере».
— В общем, когда «огненная ведьма» появилась, у крупных городов было только два выхода, — продолжала Уэллетт. — Либо отгородиться от мира баррикадами и генераторами статического поля, либо помереть. Некоторые не смогли себе позволить генераторы, поэтому остались без вариантов. Я не была в Бангоре с пятьдесят третьего. Насколько я знаю, там даже тела не убрали.
В Бакспорте они встретили первых живых пациентов.
Мири свернула с главной улицы примерно в два часа ночи и остановилась около циркулятора Кальвина от Красного Креста, на панели которого мигал предупреждающий желтый сигнал. Уэллетт осмотрела его, пользуясь светом от старого, оставшегося еще с прежних времен, рекламного щита, работающего на солнечной энергии, тот неутомимо рассказывал всем вокруг о преимуществах умной одежды и диетических проглоттидов.
— Необходимо пополнить запасы, — Така забралась в Мири и вызвала меню.
— А я думала, они получают все необходимое из воздуха, — сказала Кларк. Иначе для чего еще был нужен фотосинтез. Лени, помнится, сильно удивилась, узнав, сколько сложных молекулярных соединений были нечем иным, как комбинациями азота, углерода и кислорода.
— Микроэлементы заканчиваются. — Уэллетт схватила из раздатчика картридж из целлюлозы, заполненный красной и ярко-коричневой пастой. — В этом, например, почти нет железа и калия.
Рекламный щит все еще настойчиво предлагал уже несуществующие товары и одежду и на следующее утро, когда Кларк с трудом втиснулась в туалетную кабинку Мири. Когда она вышла оттуда, к ветровому стеклу прилипли два силуэта.
Она осторожно переступила через Уэллетт и устроилась между двумя ковшеобразными сиденьями. Двое мальчишек-индусов — одному около шести, другой почти подросток — уставились на нее. Склонившись вперед, она посмотрела в ответ. Две пары черных глаз расширились от удивления; младший тоненько вскрикнул. В следующую секунду обоих мальчишек как ветром сдуло.
— Это из-за твоих глаз, — сказала Така.
Кларк обернулась. Доктор сидела, обнимая спинку водительского сиденья, и моргала от утреннего света.
— И костюма, — добавила она. — Серьезно, Лори, ты в этом прикиде похожа на дешевого зомби. — Протянув руку за спину, она постучала по двери стенного шкафа: — Можешь что-нибудь взять у меня.
К своему выдуманному имени Лени уже привыкала. Но непрошеный совет Уэллетт — это совсем другое дело.
Когда они вылезли из машины, около той уже выстроилась очередь из шести человек. Така, улыбаясь, пошла к заднему борту и подняла тент. Кларк, еще не совсем проснувшись, последовала за ней; рты Мири раскрылись, когда она проходила мимо. Серебристая обшивка исчезла, в цилиндрических стенах теперь виднелась сеть сенсорных датчиков.
Иконки и сигнальные индикаторы замерцали на панели управления в заднем отсеке Мири. Уэллетт машинально пробежала по ним пальцами, следя за собирающимися пациентами.
— Все стоят. Кровотечений не видно. Симптомов Бетагемота тоже. Начало хорошее.
Где-то за полквартала от рекламного щита, из-за угла давно закрытого ресторана показались те самые мальчишки, которых напугала Кларк, они тащили за собой женщину средних лет. Та шла сама и не слушалась подгонявших ее детей, словно те были нетерпеливыми собаками, так и рвущимися с поводка. Еще дальше, аккуратно огибая горы мусора и пробивающиеся сквозь асфальт густые пучки травы, к машине хромал мужчина, опираясь на трость.
— А ведь мы недавно приехали, — пробормотала Кларк.
— Да. Обычно я врубаю музыку на полную катушку, для того чтобы оповестить народ. Но часто в этом нет необходимости.
Кларк окинула взглядом улицу. Уже больше десяти пациентов.
— Новости расходятся быстро.
— И вот так, — ответила Уэллетт, — мы победим.
