В это время Бетанкур находился при Георге Ольденбургском в Твери и видел, что Екатерина Павловна очень напугана. Все приписывали такое состояние великой княгини недавним родам, и только несколько посвященных знали, что мучило её осенью 1812 года. Сам Георг Ольденбургский кое о чём догадывался, однако виду не подавал, оставаясь невозмутимым. Да и дел у него было невпроворот. Сгорело девять десятых Москвы. Многие не исключали, что Наполеон из сожжённого города двинется через Тверь и Новгород на Петербург, шли лихорадочные приготовления по укреплению военных плацдармов на этом направлении.
Ко многим строительным работам были привлечены воспитанники Института Корпуса инженеров путей сообщения. Водная система, связывающая Петербург с Тверью, получила исключительное стратегическое значение — по ней перемещалась значительная часть военных грузов. Кроме того, Тверь была ближайшим тылом, куда потоком хлынули тысячи раненых. В одном из госпиталей, посещая больных и тяжелораненых, принц Ольденбургский заразился тифом и 15 декабря 1812 года скоропостижно скончался. «Я потеряла с ним всё», — написала брату Екатерина Павловна.
А Августин де Бетанкур утратил своего начальника, которого очень уважал и который к нему также в конце концов стал испытывать дружеские чувства и симпатию.
Первое время Бетанкур боялся, что на освободившееся место главного директора путей сообщения Российской империи назначат Франца де Воллана и он начнёт вмешиваться в учебный процесс. Когда институт только зарождался, он уже претендовал на эту роль. Однако Александр I направил господину инженер-генералу де Воллану высочайший указ следующего содержания:
Таким образом, Бетанкур, минуя главного директора путей сообщения, стал подчиняться непосредственно царю.
Де Воллан между тем развернул бурную деятельность. Одной из главных проблем была катастрофическая нехватка рабочих рук: большая часть мужского населения воевала. Де Воллан предложил использовать на дорожных работах военнопленных. К тому же они очень обременяли губернские власти, не знавшие, чем их занять.
Новый главный директор путей сообщения решил обратить внимание императора на эту проблему и подал проект по использованию дармовой рабочей силы: предлагалось разделить пленных на роты по 100—120 человек, в каждую назначить по 10 русских солдат, 2 унтер-офицеров и чиновника Корпуса путей сообщения. На содержание пленных планировалось отпускать не более 30 копеек в день. Де Воллан рассчитал, что на постройке каждых 100 верст достаточно 9—10 рот военнопленных, то есть около 1000 человек.
Первой планировали построить дорогу Москва — Петербург, второй — Петербург — Рыбинск, затем Финляндский, Нарвский, Белорусский и Архангельский тракты. Первоначально предполагалось использовать труд 12 тысяч военнопленных, а для надзора за ними 1560 русских военнослужащих и чиновников. Бюджет должен был составить два с половиной миллиона рублей. Государь рассмотрел предложение и не одобрил.
