Неожиданно дверь медленно стала открываться, но не благодаря усилиям герцога. За дверью стояла Нора. Судя по шелковому халатику, накинутому поверх ночной рубашки, она уже готовилась спать, но шорох у дверей привлёк её внимание и заставил покинуть постель.
— Почему-то не удивлена, вновь видеть Вас в столь поздний час у себя.
— Я могу войти?
— Своим визитом Вы подрываете мою репутацию.
— Это только если нас увидят. Подождём кого-нибудь, или Вы меня всё же впустите?
После секунд сомнений, Нора отступила на шаг вглубь комнаты. Риккардо вошел и закрыл за собой дверь.
— Ваша светлость, я напоминаю, не следует Вам приходить ко мне.
— У меня были серьёзные причины.
— А до утра не могли подождать Ваши причины?
— Дело не во времени. Мне не нужны свидетели.
Встревожено Нора посмотрела на герцога. И медленно сделала шаг прочь от него.
— Не бойтесь, — усмехнулся Риккардо, поняв её страхи. — Я пришел, чтобы вручить подарок.
Он достал из кармана халата колье и протянул его Норе.
— Что это? — удивилась она.
— Надеюсь, украшение понравится. И Вы его наденете завтра на бал.
Осознавая, что в руках у герцога, Нора стала отступать и остановилась лишь, когда дошла до камина.
— Нет… — замотала она головой, — Вы не должны мне делать подобные подарки. Это неправильно.
Не спеша Риккардо подошёл к камину, вернее к Норе.
— Неужели не нравится? Одно Ваше слово, и я переверну весь свет, но отыщу желанное Вами украшение.
Он развернул колье, демонстрируя его. Зажженные свечи канделябра, стоящего на камине, полностью осветили украшение. И оно заиграло сотнями гранями рубинов и изумрудов.
— Не нравится?
— Оно великолепно. Такая красота не может не понравиться. Но я не могу его принять.
— Это колье Вас не обязывает быть благодарной мне. Неловкость не испытывайте. Примите его, и лишь тогда уйду я.
— Нет. Нет. Я не могу.
— Возьмите. Никто не узнает, что оно от меня. Будете говорить, что его подарил Стивен, когда вы были на континенте.
— Мне никто не поверит. Все знают, каким скупым он был. Кроме кольца он ничего из украшений мне не подарил.
— Он был болван. Взять в жёны такую красавицу и не баловать её, это кощунственно.
Ласково смотря Норе в глаза, Риккардо осторожно надел на её шею колье.
— Украшение создано для Вас. Алые розы — это Ваши цветы. Прекрасные. Желанные. Но больно ранят шипами, если их грубо схватить.
— Риккардо, так нельзя.
— Можно.
Герцог опустил правую руку в свой карман и извлёк оттуда ещё и серьги.
— Ювелир создал для этого колье серьги.
Бережно взял левой рукой Нору за запястье, перевернул её кисть ладонью вверх и положил на неё серьги. После чего сжал женские пальцы в кулак и нежно их поцеловал.
— Одно без другого будет неполноценным. Как птица без неба, как волк без луны. Как я… без моего ангела… Спокойной ночи, — тихо произнёс Риккардо, и поспешил выйти из комнаты.
Он не узнал, что прежде чем уснуть, Нора долго плакала, лёжа на кровати и держа в зажатой руке серьги.
Это был день бала.
Все предпочли поберечь силы к предстоящему вечернему торжеству, поэтому к завтраку никто не спустился.
Риккардо лежал в постели и задавал себе вопрос:
«Наденет ли Нора сегодня его подарок?
Ведь так хочется видеть её природную красоту в достойной оправе. Она всегда одевает очень скромные платья. Возможно, это происходит из-за траура. Хотя учитывая, что прошло больше года со дня смерти Стивена, такое маловероятно. Скорее всего, затруднительное финансовое положение Норы не позволяет приобрести более модную и красивую одежду.
Надо будет обновить гардероб Мадины и Линды. И под этим благовидным предлогом заменить наряды Норы. Уж сёстры сумеют её убедить воспользоваться моей щедростью, потому что таких транжир, как они, надо ещё поискать. Денег на девочек мне не жалко. В конце концов, не я их зарабатываю. Они мне достаются по инерции от того потенциала, который был заложен предыдущими герцогами Редклифф. Может, когда-нибудь и мои знания и умения достигнут уровня не только распределять, но и приумножать доходы».
Перед обедом герцог зашел поработать в кабинет. Прочитав полученную корреспонденцию, он составил несколько писем своим управляющим, надеясь, что его распоряжения будут во благо.
В дверь уверенно постучали.
— Не помешаю? — спросил Арлен, стоя в дверях.
— Проходите, друг мой.
Арлен зашел в кабинет, прикрыл дверь и присел на диван.
— Меня терзает вопрос, как Его светлость, жил без меня?
— Замечательно. А в чём дело? К чему такие вопросы?
— Простите, герцог, за прямоту, но как получилось, что вместо графини Олкен, здесь появилась герцогиня Редклифф?
— Графиня вынуждена была покинуть нас. У неё срочные дела в имении. А леди Элеонора всего лишь вернулась домой из Европы.
— Просто чудо какое-то!
— Не понимаю Вас, Арлен.
— Вы помните наш разговор, накануне моего отъезда?
— О графине?
— Вижу, помните. Графиню Вы рекомендовали мне забыть. Я приезжаю, и что вижу? Вместо одной красавицы — другую! Как будто специально для меня.
Как только, речь зашла о Норе, Риккардо напрягся. Каждая фраза Арлена ухудшала его настроение. И вскоре гнев льдом сковал разум.
— Арлен! Остановитесь!
