Я милая, но сучка внутри. Мило улыбаюсь людям, попутно думая какие же они твари. Мир сломил меня раз, но не сломит во второй. Или же сломит? Или же меня сломит человек, которого я возненавижу всем своим яством?
========== 1 глава “-Ну что, братик, я теперь с тобой учусь!” ==========
Что такое боль? В словаре это слово толкуется как психофизиологическая реакция организма, возникающая при сильном раздражении чувствительных нервных окончаний.
Но какого это не ощущать это чувство, которое постигало каждого на этой планете. И каждый хотел бы избавиться от этого, но это ничтожно глупое желание. Ты ничего не чувствуешь, словно чёрная дыра внутри тебя. И вот так опустошённо я живу уже семнадцать лет.
***
— Вы же понимаете, что ей уже семнадцать? — спрашивала женщина средних лет, мой психолог.
— Но если с ней что-то случиться, мы не сможем уберечь её, — спорила с врачом моя мама.
— Она взрослая, она понимает, что можно, а что нельзя. Она не сделает себе хуже, тем более с её здоровьем всё отлично, — поправив очки на переносице, парировала женщина.
— Там же много детей, они навредят ей… — Елизавета Антоновна резко прерывает мою мать.
— Ну вы же не беспокоитесь за своего сына, тем более он сможет помочь Соне, — психолог знает как успокоить любого человека.
— Но… — женщина вскакивает и говорит уже на повышенном тоне.
— Вика, чёрт возьми! Я сейчас наплюю на все правила хорошего тона. Ты загоняешь её в угол. Да, было дело, но она изменилась, выросла, — Елизавета села обратно в своё кресло. — Она умна, красива, талантлива, тем более её возьмут в школу к брату, благодаря его званию лучшего ученика, так что не противься, — она складывает руки на груди и смотрит взглядом победителя на мою мать.
— Мама, Елизавета Антоновна права. Что было, то прошло, надо жить дальше. Я не хрустальная, не разобьюсь, — сидя в кресле, я начинаю поддерживать подругу моей матери. Да, мой психолог подруга моей мамы.
— Ладно, уговорили, но если с тобой что-то случиться, то всё: опять на домашнее обучение, — я закатываю глаза и встаю. — Спасибо Лиза, через месяц опять к тебе, — мама обнимает свою подругу на прощание.
— Надеюсь, что нет, — смеётся Елизавета.
— Пока, — я машу рукой и покидаю кабинет врача. Папа сразу вскакивает со стула в зале ожидания частной клинки и подходит к нам с мамой.
— Ну как?
— Она теперь будет ходить в школу вместе с Денисом, — немного унывая, говорит мама.
— Так это же отлично! — восклицает отец и обнимает меня.
— А как я-то рада, — улыбаюсь я и обнимаю папу.
— Ну Андрей, а если с ней что-то произойдёт, мы узнаем явно не первыми, — начинает нести свою заученную, наверное, речь женщина.
— Да что с ней может произойти? Ещё ни один ученик там не умирал, — смеётся папа и отпускает меня.
— Ну конечно, там же все с отличным здоровьем, хоть в космос лети. Они спортсмены, а она девочка, тем более она не занималась спортом, что с ней будет, — папа садится на кушетку рядом с кабинетом.
— Ой, я тебя умоляю, Вика, ты как всегда всё преувеличиваешь. Расскажем директору, и всё, — папа садится рядом и обнимает маму. Я стою, опираюсь о стену спиной и улыбаюсь. Неужели мечты сбываются?
***
Я сидела в гостиной и ела попкорн, когда в двери повернулся ключ. Я вскочила и, рассыпав попкорн на диван, побежала к двери. Только дверь открылась, я прыгнула на шею человеку, который только что переступил порог.
— Денис! — визгнула я своим высоким голосом. Я обняла брата за шею, а ногами за бедра. Да, мы не из тех братьев и сестёр, что ненавидят друг друга. Хотя, я его немного ненавижу, но лишь за то, что по жизни страдаю я, а не он.
— Сонька! — он сразу скинул спортивную сумку с плеча и обнял меня.
— Неужели этот лагерь закончился, — я спрыгнула с брата и поправила футболку. В его, ну теперь и в моей школе, каждые каникулы проводится лагерь за городом. Летом он длится полтора месяца, в это время я вообще
чувствую себя овощем. Если бы не брат, я бы жизнь кабачком прожила.
— Чё ты такая веселая? — брат поднял сумку и зашёл, следом упав на диван от усталости.
— Ты готов услышать то, что я сейчас скажу? — прыгая рядом с братом на диван, я сажусь на свой рассыпанный попкорн и начинаю смеяться.
— Аккуратно, — он смеётся и встаёт, освобождая мне чистое место. — Не томи, я весь во внимании, — я убираю попкорн в миску и сажусь на чистый край дивана.
— Я, — делаю паузу. — Теперь, — он поднимает одну бровь. — Учусь, — брат понемногу раскрывает свой рот в удивительном жесте. — С тобой! — выкрикиваю последнее слово.
Брат стоит с пару секунду, думая, что это глупая шутка, а потом обнимает меня в своих медвежьих объятьях и кружит.
— Да ладно! — Денис отпускает меня и улыбается настолько счастливо, как тогда, когда его взяли в эту спортивную школу. Это была его мечта детства. У меня тоже была мечта, жаль что рассыпалась она вдребезги, и я никогда не смогу починить её.
— Да, Елизавета сказала, что хватит мне сидеть дома, а то закроюсь в себе, — я улыбаюсь и несу миску с попкорном на кухню. — Кушать хочешь? Родители поехали в город по делам. Мама конечно не хотела, как всегда, эта её излишняя забота, но папа уговорил.
— Я был бы не против, — он улыбнулся и, закинув сумку с вещами на плечо, пошёл наверх.
