После вручения аттестатов нам принесли горячее, включили музыку, и напряжение заметно спало, хотя алкоголя и не было – не разрешили. Правда, классная сказала, что мы на природу возьмем пять бутылок шампанского. Через два часа праздник был в разгаре, учителя плясали, так как в отличие от нас у них на столе стояла бутылка коньяка.
– Вы идете на «Заячью губу»? – спросил Сережа.
– Да, конечно, пойдем, – отозвалась я. – А ты знаешь, кто вообще пойдет, а кто нет?
– Нет, но где-то третья часть только соберется, вот посмотришь. Я еще возьму палатку с собой, мало ли, замерзнем, например, или захочет спать кто-нибудь.
– Я с тобой дружу! – завопила Вера. – Я еще та мерзлячка. Кстати, да, нужно сразу одеться потеплее, сто процентов будет холодно, особенно под утро.
– Я тебя согрею, если что, – отозвался Ромыч, лукаво улыбаясь.
В это время заиграла медленная композиция, и Сережа взял меня за руку:
– Пойдем потанцуем?
– Пошли. – Я встала из-за стола и последовала за ним, продолжая держать его за руку. Следом за нами тоже стали выходить парочки. Сережа аккуратно приобнял меня за спину и повел танец. Мои руки опустились на его плечи, как послушные марионетки, сократив расстояние между нами еще больше. Я снова ощутила аромат его парфюма, пожалуй, лучший из всех, что когда-либо ощущала. Прикрыв глаза, я постаралась незаметно вдохнуть поглубже, а Сережа тем временем понял, что все идет хорошо, и приблизился плотнее, сделав объятия крепче. Мое лицо было на уровне его шеи, и если не поднимать голову вверх, то было видно его подбородок и губы, расплывшиеся в улыбке. Он наклонился к моему уху, и меня коснулось теплое дыхание:
– Я говорил, что ты мне очень нравишься?
От этих слов тепло от уха разлилось по всему телу, сердцебиение ускорилось, а дыхание участилось. Конечно, я знала, что нравлюсь ему, но одно дело знать, а другое – услышать об этом своими ушами. Я не была к этому готова и, смутившись, ответила:
– Нет, лично ты мне не говорил.
– Ты мне очень нравишься, и я хотел бы, чтобы ты стала моей девушкой.
При этом его руки слегка поглаживали мою спину – как раз в том месте начинался жар. Я краем глаза следила за происходящим вокруг, не смея поднять глаза и взглянуть на него, я боялась, что наши лица могут оказаться слишком близко. Мое внимание было сконцентрировано на его руках и на моих ощущениях, которые были новы для меня. Я одновременно чувствовала блаженство и желание вырваться и убежать.
– Сереж, мне кажется, ты торопишь события, мы и так с тобой хорошие друзья.
Его руки замерли, а тело напряглось:
– Я не хочу быть тебе другом! – резко вырвалось у него. Остановив танец, он одной рукой взял меня за подбородок, и я увидела его глаза, которые, не отрываясь, смотрели в мои. – Разве ты не понимаешь разницы между другом и парнем?
Я убрала его руку от подбородка, вернула голову в прежнее состояние и продолжила танец:
– Понимаю… Но я не уверена… Не знаю.
– Что ты не знаешь? Я тебе не нравлюсь? – Он снова напрягся и буквально вцепился мне в спину.
– Ты хороший, симпатичный…
– Нет! – оборвал он меня. – Это все не то! – Он снова попытался поймать мой взгляд, но уже не делая попыток поднять мне голову. Но я не посмотрела на него и ничего не сказала, закончилась музыка, и мы молча вернулись к столу.
Вера сразу заметила неладное:
– Пошли, Алис, отлучимся ненадолго. – Теперь она схватила меня за руку и буквально потащила к выходу. – Что случилось? На вас обоих лица нет! – Она буравила меня встревоженным взглядом, ожидая ответа.
– Да ничего особенного, мы танцевали, разговаривали… – как можно беззаботнее произнесла я.
– И? – Вера явно не собиралась отступать.
– И он предложил мне встречаться.
Повисла пауза, и как во время замедленной съемки можно было наблюдать: Вера вытаращила глаза и старательно переваривает информацию, а волосы на ее голове шевелятся. Затем стала подрагивать нижняя челюсть, свидетельствуя о том, что мозговой процесс подходит к концу:
– Офигеть! А что он сказал? А ты что?
– А я предложила остаться друзьями.
– Ну ты даешь! Он тебе совсем не нравится?
– Не знаю, странные ощущения.
– Да это ты странная – обидела парня, он же влюблен в тебя по уши.
– Да ничего с ним не случится. Если так жалко – сама с ним встречайся.
Вера засмеялась:
– Ага! Сама же меня потом сожрешь от ревности, да мне больше Рома нравится вообще-то.
