— А будет ещё лучше, если ты впустишь меня, — руки продолжали ласкать. — Больно не будет, я принял меры. Не хочу, чтобы наш первый раз оставил неприятные воспоминания. Скажи, ты принимаешь меня.
— Д-а…
— Нет, мое сокровище, ты должна сказать «я принимаю».
— Я-а. гх. гх..
— Грах! Прости, не подумал раньше. Потерпи немного, сейчас я принесу попить.
Мужчина откатился в сторону и пропал.
Стало одиноко, грустно и прохладно.
Лина поёжилась и неожиданно поймала мысль — у неё же есть дар! Она научилась согревать себя, пора применить умение себе на пользу.
Магия отзывалась с трудом, будто её поместили в плёнку. Лина рассердилась — все из-за того розового напитка! — и рванула со всей дури — «плёнка» прорвалась, магия забурлила, но тут девушку отвлёк вернувшийся герцог.
— Я не знал, что ты захочешь. Вот вода, отвар и сок.
Лина во все глаза смотрела на обнаженную фигуру — так вот как устроены мужчины! Как же им, бедным, неудобно ходить и сидеть с этой штукой между ног! Единый, за что ты их так наказал?
Но пересохшее горло требовало жидкости, и девушка переключилась на воду, решив, что расспросит попозже, как мужчины умудряются жить с такой штукой.
— Напилась?
— Да, спасибо! — голос уже не сипел.
Мужчина опять лег рядом, потянулся к губам, накрыл ладонью грудь, потирая между пальцами сосок.
Удовольствие прострелило сверху вниз, сконцентрировавшись внизу, и тотчас, туда скользнула рука мужчины, осторожно погладив местечко, отреагировавшее на это острым удовольствием.
— А-ах! — Лина выгнулась, разведя колени еще шире и подаваясь бедрами.
— Нежная, сладкая, моя! — шептал герцог и, плавным движением, очутился у неё между ног.
Девушка ощутила, как что-то большое уперлось ей в промежность, но не успела, ни спросить, ни испугаться, потому, что губы мужчины накрыли ее собственные, язык принялся ласкать рот изнутри, а руки вернулись к соскам. Одновременно он покачивался, задевая чем-то большим и горячим чувствительное местечко между её бедер. От всего этого по телу пронёсся новый вихрь растущего наслаждения, девушка прерывисто задышала, ожидая, что вот-вот её накроет еще одна волна, и в это время магистр тихим голосом произнёс:
— Скажи — «я принимаю тебя!» — и прижался к промежности сильнее, приподнявшись на локтях и напряженно всматриваясь в лицо девушки.
— Я принимаю тебя, — послушно повторила Аэлина, отчаянно желая продолжения.
— Скажи — «я твоя телом, душой, магией!» — нажим усилился, сила Элины пронеслась по телу, освежая голову.
Как это — я твоя телом, душой и магией? А он что же — останется ничей?
— Я тв, — начала говорить девушка и в этот момент мужчина резко подался вперед, проникая в её лоно.
— Я тво… ты мой телом, душой и магией! — завершила фразу Аэлина и ахнула от боли, пронзившей её тело.
Что-то большое проникло ей в лоно, доставив не удовольствие, а саднящее жжение, возбуждение пропало, дурман сошёл, и Аэлина с ужасом поняла, что произошло.
Герцог продолжал странно дергаться, доставляя ей неприятные ощущения, и Лина запротестовала.
— Уйдите! Отпустите меня! Мне больно!
— Больно? — растерялся Стефан. — Но ты же ела амиоки, порции должно было хватить до утра! Подожди, не шевелись, сейчас станет легче!
Он принялся целовать ее, мять грудь, просунул руку между их телами и нажал на что-то, что отозвалось слабым приятным импульсом.
— Я не хоч, — договорить не получилось, рот был заткнут поцелуем.
— Потерпи, пожалуйста, потерпи! Я постараюсь быстро! — мужчина просунул руки ей под ягодицы, приподнял их и снова странно задергался, ускоряясь и шумно дыша.
Лина ничего не успела сделать, как вдруг магистр низко зарычал и содрогнулся, сильно прижавшись к её телу, и тут же девушку едва не снесло могучим всплеском магии, хлынувшей в её тело, заполняя каждую клеточку, каждый сосуд.
— Что за грах! — воскликнул Стефан, пытаясь отсоединиться, но неведомая сила прижала их друг к другу, пропуская через тела разряды, выгибая и встряхивая.
Неприятные ощущения от вторжения прошли, Лину переполняла энергия и сила. Пожалуй, она еще никогда так хорошо себя не чувствовала. Единственно, очень мешала штука, до сих пор находящаяся в её теле, и навалившийся сверху обнаженный организм магистра.
Аэлина поёрзала, но самостоятельно освободиться не получалось, а герцог то ли заснул, то ли потерял сознание. Попыхтев несколько секунд, девушка вспомнила о даре и попробовала приподнять мужчину. Немного не рассчитала — герцог взлетел почти под потолок, Лина, в ужасе, ойкнула и не удержала поток. Тело магистра немедленно вернулось на исходную точку, Лина еле-еле успела перекатиться в сторону.
Рухнув вниз лицом, мужчина не проснулся и не очнулся.
«Вдруг он убился о кровать?» — похолодела Элина и принялась его переворачивать.
Перевёрнутый герцог признаков жизни, кроме дыхания, не подавал. Более того, его ещё недавно такая внушительная штука сломалась! Теперь между ног болтались какие-то мешочки и недлинная, хоть и толстая, мягкая трубочка.
Лина потыкала в неё пальцем, надеясь, что та сама починится. Трубочка шевельнулась и немного прибавила в размере.
