Знает ли Эллиот подлинную стоимость марок? Знает ли об этом Кендрик? И сколько Кендрик предложил Эллиоту, сколько именно?
Потом он стал обдумывать информацию, полученную от Джуди. Сама кража его не беспокоила. Он не сомневался в своей способности справиться с сигнализацией и телекамерой, но как заполучить реестр?
Он перебирал один способ за другим, но отбрасывал их как чересчур опасные. Он решил посоветоваться с Эллиотом. Бин понимал, что у него самого ни хватит способности организовать столь замысловатую кражу. Одна ошибка, один неверный шаг и миллион долларов ускользнет от него. От этой мысли его прошиб пот. Нет, придется передать Эллиоту часть информации, предоставленной Джуди. После, если дело кончится успешно и они добудут марки, надо будет разделаться с Эллиотом, а также и с Джуди. Он уже решил, что дележа не будет. Ему Большой Куш, а остальным ничего.
Он нашел их всех в саду. Они выжидательно посмотрели на него, когда он подошел и уселся в свободное кресло.
— Где ты был? — спросил Джо. — Мы уже беспокоились. Что произошло?
— Много чего. — Бин ухмыльнулся. — Я приручил дочь Ларримора и узнал почти все, что нам надо.
— Быстро ты. — Эллиот был поражен. — Выходит, ты уже говорил с ней о марках.
— Конечно, прошло как по маслу. Она сама завела разговор о марках.
— Они у Ларримора?
Бин сказал:
— Помолчи-ка, приятель, спрашивать буду я. Сколько тебе Кендрик предложил за марки?
— Сколько он предложил мне, тебя не касается, — спокойно сказал Эллиот. — Вы трое согласились со мной работать за пятьдесят тысяч.
Бин покачал головой.
— Уже нет, приятель. Я делаю всю работу. Без меня и шагу не ступить. Эти марки стоят денег, так что послушаем, сколько тебе предложил Кендрик.
Эллиот колебался, потом пожал плечами.
— Двести тысяч. Поскольку идея и контракт мои, пятьдесят тысяч вам на троих справедливая доля.
— Ты так думаешь? — Бин был уверен в себе. — А я говорю — нет. Будем делиться иначе.
Эллиот взглянул на Синди и Джо.
— Вы согласны с разделом, или хотите больше?
— Неважно, что они хотят. Я хочу больше, — сказал Бин. — И я свое получу. Вот вам мои условия. Мне пятьдесят, им на двоих пятьдесят, а тебе сотня.
Выслушав его, уверенный, что после завершения операции они с Синди избавятся от него, Джо спокойно сказал:
— Нам все равно достанется больше, мистер Эллиот. — Эллиот на секунду задумался. Уменьшение его доли означало, что отпущенный ему срок жизни сократится на несколько месяцев, но он чувствовал, что теперь это ему безразлично.
— Ладно, договорились. Марки у него?
— Да. — Бин объяснил ему про реестр. — Тут вся загвоздка. Без него нам никогда не найти марки. Но если мы узнаем номер ящика, в котором они лежат, я смогу их достать.
— Это не наша забота, — сказал Эллиот. — По уговору с Кендриком, если я смогу заверить его, что марки у Ларримора, и укажу, как их найти, он заплатит. Ты дал мне всю нужную информацию. Больше нам ничего не надо делать. Пусть он сам думает, как их добыть. Завтра к этому времени мы получим деньги и сможем убраться из города.
Бин посмотрел на него, прищурясь.
— Если такая мразь, как Кендрик, готов заплатить тебе двести кусков, то сколько, по-твоему, он получит сам, продав марки?
— Это его дело, — раздраженно возразил Эллиот. — Мне хватит и ста тысяч. Я сейчас же с ним повидаюсь, передам ему информацию и договорюсь о выплате.
— Погоди! А если я скажу тебе, что смогу узнать, кому Кендрик хочет передать марки? Если скажу, что покупатель заплатит пятьсот кусков и они могут достаться нам, а не Кендрику?
Эллиот уставился на него.
— Ты знаешь, кто покупатель?
— Могу узнать.
— Как?
Бин улыбнулся.
— Насчет этого не беспокойся. Я не шучу. Я могу разузнать. Ты послушай, дураки мы будем, если поведем дело с самим Кендриком. Эта тварь заплатит тебе две сотни, а три положит себе в карман, просто за здорово живешь. С моей информацией мы можем достать марки и потом продать их клиенту Кендрика за пятьсот кусков, а Кендрика побоку.
Глядя на возбужденное лицо Бина и видя алчность в его глазах, Эллиот неожиданно почувствовал уверенность, что Бин надует не только Кендрика, но и Синди, и Джо, и его самого. Элллиот не имел представления, какой именно трюк выдумал Бин, но не сомневался в правильности своей догадки.
Он испытал прилив возбуждения. Это было гораздо интереснее, чем жить, беспокоясь о долгах и жалея себя из-за потерянной ноги. Он снялся в шести пользовавшихся успехом фильмах, в которых играл роль героя, мерился смекалкой с головорезами вроде Бина. Сценаристы заботились о том, чтобы он всегда превосходил их сообразительностью и всегда брал верх в конце фильма. Но теперь все происходило в реальной жизни, а не в боевике, который укладывают в коробки и рассылают по кинотеатрам мира. Никакой сценарист не позаботится о нем. Не будет режиссера, который крикнет «Стоп!», когда дело примет для него слишком дурной оборот.
