- Может быть, эгоистична — неподходящее слово, но я не хотел тебя оскорбить, - сказал ей Вульфгар. - Как раз напротив. Пенелопа Гарпелл знает, чего хочет, и старается это получить. Ты честна с собой и достаточно храбра, чтобы заявлять об этой честности окружающим. Ты разрываешь оковы привычек, традиций и... знаков.
- Знаков?
- Да, - ответил Вульфгар, кивнув. Теперь его мысли прояснились. - Знаков. Они повсюду, в речи или на письме, законы и правила. Некоторые из них важны, некоторые есть просто потому что они есть, потому что их оставил кто-то, где-то и когда-то.
- Как оленьи лепёшки.
Вульфгар рассмеялся.
- Именно. И ни у кого нет храбрости или здравого смысла, чтобы избавиться от них. Но ты не наступаешь в них, нет. Пенелопа лишена притворства. У тебя нет никакой тайной стороны. Разве ты не понимаешь, моя прекрасная и чудесная подруга? Ты не просто та, кого я желаю, ты такая, каким хочу быть я сам.
Мгновение Пенелопа пыталась это переварить.
- Я твоя любовница или твой учитель?
- Да, и намного больше! - заявил Вульфгар. Он игриво потянулся вниз и коснулся внутренней стороны колена женщины, затем легко, очень легко — может быть, даже не касаясь, просто дразня её кожу! — провёл пальцами вверх по внутренней стороне бедра.
- Ты моя правда, - искренне сказал он. - Ты моя героиня.
Пенелопа развернулась и оседлала его, не отпуская взгляд. Она охнула, когда он подался вперёд, чтобы соединить их.
- Но вокруг так много красивых девушек, - сказала женщина, на этот раз просто играясь с ним. - Разве ты их не желаешь?
- А что, ты мне когда-то запрещала?
Пенелопа запрокинула голову и хитро покосилась на него.
- Ты ревнуешь? - с коварной усмешкой спросил Вульфгар.
Она вернула ему взгляд.
- Только если ты занимаешься этим без меня, - подразнила она и наклонилась вперёд, чтобы поцеловать его, и они держали поцелуй всё время, пока занимались любовью, долгий единственный поцелуй, затем слились вместе на простынях, чтобы заснуть в объятиях друг друга.
Спустя какое-то время Пенелопу и Вульфгара разбудил звук колокольчиков.
- Что? - спросил великан, а когда осознал, где звонят колокольчики — сразу за дверью Пенелопы — рассмеялся.
- Ну конечно, - сказал ей мужчина, когда она поднялась на локтях и стряхнула волосы с лица. - Простого стука в дверь тебе недостаточно.
- Это не моих рук дело, - заверила его женщина. Она перекатилась на спину, села и натянула на себя простыню.
- Госпожа, мы можем войти? - раздался за дверью голос Громфа Бэнра.
Вульфгар недоумевал. Покои Пенелопы, как у большинства великих волшебников, обитающих в этом крайне необычайном здании, были надразмерными, карманами сверхизмеренческого пространства намного крупнее физической области, которую они занимали в Главной башне.
Но ему показалось, что Громф стоит сразу за настоящей дверью — несмотря на тот факт, что настоящая дверь сейчас находилась даже не на одном плане бытия с архимагом.
Или на одном?
- Волшебники такие странные, - проворчал мужчина.
- Входите, - ответила Пенелопа и взмахнула рукой. Дверь отворилась, впуская двух самых нелюбимых знакомых Вульфгара: Громфа Бэнра и Киммуриэля Облодру. Волшебники, с немногочисленными исключениями, нервировали Вульфгара, поскольку он их не понимал, но в сравнении с Киммуриэлем Громф был желанным гостем за ужином.
Двое дроу подошли к основанию кровати, Киммуриэль посмотрел прямо на Вульфгара и фыркнул с явным пренебрежением.
- У нас проблемы, - заявил Громф.
- Мы слышали, - ответила Пенелопа.
- Вы слышали о Кровоточащих Лозах и осаде Гонтлгрима, но мы говорим о другом, - поправил Киммуриэль.
- К Лускану идёт флот, огромная боевая армада, - пояснил Громф. - Мы считаем, что Порт Лласт был разграблен, хотя вестей оттуда нет, а дальше флот отправился на север.
- К Лускану, - сказала Пенелопа.
- Похоже на то. Старший капитан Курт собирает корабли, чтобы принять вызов, чтобы мы могли по крайней мере узнать их намерения, - продолжал Громф. - Мы подозреваем, что они собираются сразу же атаковать, но нам нужно знать больше об их диспозиции и силах.
Пенелопа кивнула.
- Я смогу всё это выяснить, - объяснил Киммуриэль. - И я хочу взять тебя, Вульфгар, чтобы ты меня охранял.
- Конечно, - сказала Пенелопа, прижимая простыню к груди. Она посмотрела на любовника и пообещала: - Мы их остановим.
- Не вы, госпожа, - сказал ей Громф. - Он. Вы отправитесь домой в Длинную Седловину.
Пенелопа нахмурилась и гневно взглянула на архимага.
- Громф не может... - начала она.
- Отправляйтесь к Кэтти-бри, госпожа, - оборвал он. - И защитите её.
- Она способна сама о себе позаботиться, - гневно ответила Пенелопа и могла бы продолжить мысль, но Вульфгар положил ей руку на плечо.
- Что вам известно?
- Эта тьма больше, чем вам кажется, - объяснил Громф, обращаясь скорее к Пенелопе, чем к Вульфгару. - Пришло великое зло, у него есть задача и цель, и эта цель — избранные люди. Думаю, оно нацелено на мужчину, которого больше всего любит Кэтти-бри, но не могу быть полностью в этом уверен. Если это так, ей тоже может угрожать опасность, и поэтому я прошу вас отправляться к ней.
