Приблизившись к назначенному месту, он обошёл местность кругом, высматривая агентов. Он знал их укрытия, особенно в таких местах, где Бреган Д'эрт часто устраивал встречи. Он никого не нашёл. Волосы на затылке снова вздыбились. Он вспомнил свой последний разговор с Даб'ней, в котором она предупредила его о ловушке, хотя и довольно расплывчато.
Но Закнафейн всё равно направился в переулок. Проход был заставлен ящиками и большими мешками по сторонам, обеспечивая прекрасное укрытие для засады. Закнафейн молча пообещал убить Харбондейра, если это окажется ловушкой, но сразу же передумал. Он был уверен, что бармен говорил искренне и просто передал то, что ему сообщили.
Он не станет убивать посланника. Но определённо обдумает убийство посланного к посланнику.
Оружейник помнил, что переулок продолжается дюжину шагов, изгибается налево, потом направо. Но так и не достал оружие.
Он был Закнафейном — мечи в его ножнах были всё равно, что мечи в его руках.
Он прошёл изгиб, затем резко бросился за последний поворот, чтобы наконец обнаружить конец тупикового переулка пустым.
Только вот тупик не был пуст.
— Я знал, что это будешь ты! — раздался знакомый голос, и сверху спрыгнул Аратис Хьюн с оружием наголо, приземлившись всего в нескольких шагах от Закнафейна, который легко развернулся и блокировал — клинки возникли в его руках, как будто находились там всё это время.
Закнафейн мог бы двинуться направо, наступая на убийцу, поскольку защита оставила его в более выгодном положении. С его навыками он мог бы загнать Аратиса Хьюна в глухую оборону и держать там до самого конца.
Но… что-то здесь было не так.
Он не стал нападать.
Это была ещё не ловушка.
Жрица Мез'Баррис Армго смотрела на запад с балкона обширного семейного дворца. Не считая надпространственных карманов в некоторых других могущественных домах, в основном — Ксорларрин и Бэнр, дом Баррисон Дель'Армго обладал самым крупным дворцом в городе, намного большим, чем можно было предположить по рангу дома в городской иерархии.
Однако несмотря на весь этот простор, Мез'Баррис продолжала сидеть в том самом кресле, из которого наблюдала, как отправляются на задание боевые отряды Армго. Сейчас она с нетерпением разглядывала Нарбондель, свет которой угасал за тем самым бульваром, на котором исчез из виду Утегенталь.
Ей больно было видеть, как он уходит туда, нацелившись на опасного Закнафейна До'Урдена, а рядом — эта неумеха Даб'ней. Как могла мать отправить её с оружейником? Почему не Мез'Баррис?
Конечно, Парснальви, придворный волшебник, тоже сопровождал Утегенталя, причём с зачарованным предметом, у которого была лишь одна конкретная цель, но всё-таки…
Иногда молодая и перспективная Мез'Баррис просто не понимала поступки матери.
Поразмышлять об этом не вышло — мысли продолжали возвращаться к Утегенталю, оружейнику дома. Он не был Армго по рождению. Мез'Баррис могла лишь догадываться о его предках, хотя была уверена, что он не полностью дроу. Наверняка нет! Рост этого мужчины превосходил шесть футов — а ведь редкая женщина-дроу могла достичь такой отметки. Кроме того, он был сильнее женщин — ещё одна аномалия — и скорее всего был самым сильным тёмным эльфом в городе. Другие мужчины не могли одолеть его даже при поддержке магии и даже при помощи благословлённых заклятий Ллос, увеличивающих силу. Другие женщины не могли одолеть его тоже.
И в нём было что-то ещё помимо размеров и силы. Мез'Баррис дрожала от одной лишь мысли о нём в красивых чёрных доспехах и с этим могучим чёрным трезубцем — облачении, подобающем оружейнику благородного дома.
Даже дома Бэнр, поскольку мать Соулез ожидала, что Баррисон Дель'Армго вскоре достигнут сравнимого положения.
Все знали, что Утегенталь, такой быстрый, красивый и непобедимый, должен стать важной частью этого восхождения. Присутствовало в нём нечто особенное, и даже растущая репутация Закнафейна До'Урдена блекла перед реальностью Утегенталя. Утегенталь обладал слишком большой энергией для его смертного тела, и Мез'Баррис казалось, что при движении он рассыпает вокруг себя искры самой жизни — маленькие молнии, которые дразнят и щипают кожу. Несмотря на большую грудь и плечи, толстые руки, бугрящиеся мышцами, этот мужчина двигался с грацией танцора и всегда оставался очень текучим.
Да, он был не просто мужчиной, не просто смертным, и Мез'Баррис была крайне рада, что мать приняла его в семью. Рада и потрясена, ведь мать Соулез потребовала, чтобы никто в доме Армго не седлал этого жеребца, кроме Мез'Баррис. Да, разумеется, иногда она сдавала его внаём для оказания услуги продолжения рода, как было с матерью Мэлис До'Урден, родившей в результате это чудовище Бризу, но Мез'Баррис не беспокоилась по этому поводу. Она не чувствовала ревность к тем, кто платил золотом за эту великолепную особь.
Мез'Баррис относилась к этому спокойно, как и к подколам от остальных жриц, которые она получала дома и в городе.
