Шиплю от боли и морщусь, потому как сильно ушибла большой палец на ноге. Мне нужно увидеть его сейчас же и извиниться. Он действительно переживал за меня и сильно обижен. Как и в прошлые разы, он был против, чтобы я ныряла, но тогда наши перепалки не переходили в столь серьезную ссору. Ругаю себя последними словами, а в голове подбираю слова извинения, которые даются мне сложно. Я не люблю извиняться и не умею этого делать. Но если я сейчас не поговорю с ним и не попрошу прощения, он замкнется и наша ссора затянется на пару дней.
- Оставь меня в покое, - стоит на своем друг.
- Если ты не откроешь дверь, я начну кричать и сюда сбежится куча голозадых парней! – хихикаю, представляя эту картину, это не правильно переводить все в шутку, но я не могу иначе, - хочешь устроим просмотр, чья задница лучше?
- Иди к черту, я не хочу тебя видеть и слышать! – меняет он тему, не реагируя на мое предложение.
- Ты сам напросился! – предупреждаю его, и как только открываю рот, чтобы закричать, дверь душевой со щелчком распахивается.
Мысленно потираю ладони, ухмыльнувшись. Он сдался, отлично. Потому что знает, что мне ничего не стоит закричать, раз уж вошла в мужскую раздевалку.
- Ты невыносима, - пытаясь сдержать улыбку и натянув маску «сама серьезность» он стоит, сложив руки на груди.
Распахиваю дверь шире и зайдя в кабинку закрываю ее. Изображаю раскаяние, нет, я действительно раскаиваюсь, и мне уже не смешно. Подхожу ближе и обнимаю его за талию:
- Прости, прости, прости! – умоляюще бормочу, в перерывах между поцелуями, которыми осыпаю его щеки. Его тело напряжено, он до сих пор злится.
- Ты больная на всю голову! – чувствую, как расслабляются мышцы его спины, под моими ладонями, уже лучше, - я испугался, черт возьми, что ты уже никогда не выплывешь на поверхность! – Данька сжимает меня крепче в объятиях.
В его голосе столько заботы и тревоги, что я готова расплакаться. Тогда в бассейне я и не задумывалась, насколько он был серьезен, когда запрещал нырять. Мне было смешно, да и хотелось доказать не только себе, но и ему – я смогу достать до дна. А обернулось все тем, что мой любимый друг обижен на меня. Мы так и остались стоять в тишине, тесной душевой кабинки, под теплыми струями воды. Рядом с Данькой тепло и комфортно, проблемы уходят на второй план.
- Я задела твое самолюбие, нырнув так глубоко. Ведь до этого только тебе это удавалось! – пытаюсь шутить, чтобы разбавить наше молчание.
- Пф, -выдыхает он, - просто помолчи, и не порти момент, мы ведь только помирились, - делает замечание Данька и шлепает меня по заднице.
- Ау, - отрываюсь от него, потирая пятую точку, шлепок оказался болезненным. - Значит мир? – протягиваю ладонь вперед.
- С тобой невозможно говорить, - устало машет головой и протянув руку, скрепляет наше примирение, рукопожатием, - проваливай из душа, я хочу помыться один.
- Хорошо, - соглашаюсь с ним, - я подожду тебя внизу, - и выбегаю из кабинки.
Забираю свою сумку и направляюсь в женскую раздевалку. Пока принимаю душ, от воспоминаний, что неожиданно наполнили мою голову, мне стало смешно. Ведь именно в этой душевой кабинке, мы первый раз и встретились с Данькой. Встреча наша не была настолько веселой, но сейчас меня это забавляло. Я была благодарна Богу, что шесть лет назад, я обнаружила этого мальчишку запертым в женской душевой.
В тот день, я очень сильно повздорила с братом, и мама в который раз была на его стороне, оправдывая его плохие оценки – занятием музыкой. Я спорила долго и упорно с ними, доказывая, что учеба превыше всего, а на хобби нужно тратить, не так много времени, как брат. Но они доказывали, что я не права, тем самым, доведя меня до слез. Был зимний вечер и на улице уже стемнело. Я убежала в бассейн и плавала до измождения, только бы выплеснуть всю злость и обиду. Теперь я рада, что поссорилась с семьей в тот вечер. Ведь если бы не эта перепалка, то я не пошла в бассейн и не встретила, там Даньку. В тот вечер, перед закрытием меня выпроводили в раздевалку. Как только я вошла в душевые, заметила, что одна из кабинок, была заперта шваброй. Мне показалось это странным и любопытства ради, я решила заглянуть в нее – а что же там спрятали? И какого же было мое изумление, когда распахнув двери, я увидела своего Даньку. Поджав колени он сидел голый на полу, опустив голову и не двигался. С виду казалось, что его не заботит то, что происходит вокруг. А когда он поднял голову, я была в шоке. Его лицо было в ссадинах, губа разбита, под глазом красовался огромный иссиня-черный синяк. Присмотревшись, я заметила, что и все тело его было покрыто ушибами: руки, ребра, спина. Я дала ему свое полотенце, чтобы он прикрылся, и попыталась выяснить – что стряслось и нужна ли моя помощь. Он не был разговорчивым, и ситуация в которой он оказался – его смущала. Он попросил меня принести его вещи, что были выброшены из окна мужской раздевалки, а когда я это сделала, он торопясь оделся и покинул меня.
