- Ты весь день намереваешься носить меня? – не скрывая раздражения, ворчу на него.
Своими действиями он застал меня врасплох, и я больше в замешательстве от его прикосновений, чем зла на него. Тело мгновенно напряглось, будто готовится к атаке.
- А почему нет? Может это доставляет мне удовольствие? - приподняв бровь, смотрит на меня невозмутимо, и ловко захлопнув ногой дверь, направляется в сторону лифта.
- Мне не комфортно, - говорю, как есть.
- Просто расслабься и позволь мне помочь тебе, - равнодушно добавляет мужчина.
- Я и босиком могу дойти до лифта! – предпринимаю новый довод в пользу своей свободы. Складываю руки на груди, отказываясь держаться за него.
- А помнится, ты говорила, что вывихнула лодыжку. Разве нет? – задерживает взгляд на мне.
- Да, вывихнула, но теперь чувствую себя нормально, поэтому если мы вернемся к машине, я смогу обуть свои туфли и пойти сама, - конечно без них намного удобнее, но я не настолько беспомощна. Завтра же туфли выкину.
- Должно быть они настолько сильно понравились, что тебе не терпится их снова обуть. Я куплю тебе еще одни. Но только завтра, а сегодня, они тебе больше не понадобятся, - уверенно отвечает мужчина и продолжает идти.
- Нет, спасибо, - качаю головой, услышав его предложение, - не надо ничего покупать! И вообще, деньги за платье и туфли я верну тебе.
- Не говори глупостей, это был подарок, - качает головой мужчина.
- В том то и дело, что подарки мне твои не нужны! И носить на руках меня не нужно, отпусти! – продолжаю гнуть свое, и все же надеюсь, что он сжалится и отпустит.
- Я же сказал, не отпущу. Пол холодный и грязный, еще не хватало, чтобы ты простыла.
- Надо же, к чему такая забота вдруг? – в недоумении пялюсь на него.
- Ну как же Валерия, - пронзительный взгляд темных глаз, смотрит на меня, и у меня складывается впечатление, что он прячет улыбку, - Если ты заболеешь, то у тебя не будет сил расплачиваться своим долгом передо мной.
Смешно.
- Ну, серьезно, отпусти меня, нога уже не болит, - раздражение в моем взгляде не смущает его.
Он оставил без внимания мои слова. Правой рукой, что под моими коленями, тянется к кнопке и вызывает лифт.
Какой смысл с ним спорить? Все равно будет так, как он сказал. Поэтому соглашаюсь с ним и расслабляю тело. Нерешительно обхватываю его шею, чтобы не выпасть из рук.
Нет, я не обращаю внимание на жар, что исходит от его груди, рук и шеи. Я не наслаждаюсь ароматом его парфюма, что так близко к моему лицу. Стоит мне только наклониться ближе и мой нос коснется шеи – источника того неповторимого аромата его кожи, который присущ только этому мужчине. Мысленно встряхиваю головой, пытаясь избавиться от этого наваждения.
Как только мы оказываемся в квартире, он, наконец-то, отпускает меня на пол. Скорее спешу увеличить дистанцию между нами. Когда мы наедине, я знаю, что от него может исходить угроза, поэтому направляюсь вглубь квартиры. Проходя темный коридор, и слышу щелчок двери в прихожей, который ясно дает понять, что теперь я в этой квартире, словно в ловушке. Оказавшись в гостиной, смотрю по сторонам в поисках включателя, но не нахожу. Стоя посреди просторной, неосвещенной комнаты, решаю в голове, что мне нужно сделать в первую очередь – переодеться в свою одежду или смыть макияж, либо сходить на кухню и выпить стакан воды. Во рту неожиданно пересохло от жажды, должно быть это последствия, выпитого мною алкоголя. Я еще не до конца трезва, но и оставшаяся доля алкоголя во мне - не дает чувствовать себя уверенно и спокойно. Пока я решалась, что мне делать, Марк незаметно появился из-за спины и включил настольную лампу, стоящую возле дивана.
- Извиняюсь, за свое поведение, понятия не имею, что на меня нашло сегодня вечером, - слышу усталый голос Марка, как только собираюсь убежать от него на кухню. Озадаченная его словами, поворачиваюсь.
Мужчина скинул пиджак, небрежно бросив его на спинку кресла. Сначала ослабил бабочку на шее, а потом и вовсе ее снял.
- Не нужно извиняться, – почему то мне смешно, от его попытки загладить свою вину, - это твое обычное состояние – кричать на меня и ни во что не ставить, - раскидываю руки в стороны, пожав плечами, - поэтому ты имеешь на это полное право.
- Я был бы более тактичен и обходителен с тобой, если бы ты вела себя нормально и не устраивала сегодня этот цирк, - резко отвечает мужчина и поворачивается ко мне.
- Я ни в чем не виновата, - спокойно отвечаю, сложив руки на груди, - ты заставил меня пойти на этот вечер, я и пошла. Не пойму, что я сделала не так?
- Каждый гребаный раз ты пытаешься вывести меня из себя, - чуть сощурившись, отвечает мужчина, - ждешь, что я взорвусь, и сегодня тебе это почти удалось!
- Нет, не пытаюсь! – настаиваю я.
- Пытаешься, - скалится Марк и наступает на меня, - Пусть неосознанно, но делаешь это. И я знаю почему: тобою движет глупая гордость. Ты до сих пор не можешь смириться с тем, что целиком и полностью принадлежишь мне!
- А ты каждый раз забываешь, о том, что я не вещь! – с упреком добавляю.
