–Заткнись и слушай!
Жёсткий тон и серьёзный вид заставили прикусить язык. А ситуация, ещё секунду назад показавшаяся забавной, вдруг перестала быть таковой.
–Ты не годишься для роли проводника. Тем более моего. Растяпа, которая ни на что не способна. Там, в долине…
–Это был ты? – Натан осекся. – Это ты! Значит, не просто сон. Я знала, знала, что не схожу с ума.
Лика пыталась заглянуть ему в глаза, но мужчина опустил взгляд.
–Хватит с тебя на сегодня. А то мозгом поплывешь.
Отрезав пластырь, ловко залепил им рану. Затем смысл кровь со щеки и шеи.
–А если я не хочу? – Натан недоуменно вскинул бровь. – Не хочу быть этим, Проводником.
–Такого права, как не хотеть – у тебя нет. Есть Ходок и есть его Проводник.
–Ты же понимаешь, как бредово это звучит?
–Может и бредово. Но установленный порядок не изменить.
–Установленный кем?
Натан захлопнул аптечку и вымыл руки:
–Твоими предками.
Лика застыла столбом. Кухня поплыла перед глазами, закрываясь маревом из чёрных точек. В ушах зашумело, как будто давление подскочило до запредельной отметки. И как под водой девушка различила:
–Когда устанешь от самоанализа – позвони.
Натан бросил визитку ей на колени. Лика скорее почувствовала, чем услышала, как за ним хлопнула входная дверь. Все сидела прямая, как палка, будто позвоночник закаменел и понимала, что не в силах осмыслить сказанное им. Особенно последнее. Лишь когда продышалась немного, когда сведенные напряжением плечи расслабились, девушка немного вышла из ступора.
И только тогда заметила на столе давно остывший завтрак…
ГЛАВА 4
Натан облегченно плюхнулся на сиденье. В машине все ещё воняло блевотиной, и мужчина, поморщившись, открыл окно. Глянул в зеркало заднего вида.
Вот ненормальная! Приложила, так приложила… – потрогал пластырь и, зло сжимая зубы, обтер рукавом оставшуюся на щеке кровь.
Разговор дался непросто. Да и было ли это разговором? Так, кратковременные бои без правил. Но девчонка молодец: решительная. Бестолкова малость, неопытна да и силенок не достаёт. Однако и этого хватило, чтобы подправить физиономию одному из лучших ходоков. Натан завёл двигатель и ухмыльнулся. Но тут же, будто вспомнив что-то, снова стал серьёзным. И правда, ведь впереди предстояло ещё кое-что: доклад Искателю.
Такого хохота этот кабинет не то чтобы давно не слыхал – стены Убежища никогда в принципе не слышали смеха. Надрывный от колик, с еле сдерживаемым прихрюком он отражался от полированного мрамора и, усиленный эхом, разносился по галереям и сводчатым коридорам.
– Как прошла беседа? – Ни грамма сочувствия – только попытки не смеяться в промежутках между словами. – Впрочем, можешь не отвечать. Я и так вижу: прошла она бурно. Самому Натаниэлю Ходоку накостыляла девчонка!
–Хватит ржать, Адриан!
Натан плеснул вина в бокал и развалился в кресле, всем своим видом показывая безразличие. Одновременно пытаясь скрыть, как сильно бесит сама ситуация и раздражает реакция друга.
–Хоть что это было?
–Мыльница.
Новый взрыв дикого хохота сотряс стены.
–Ну, хватит уже! А то живот надорвешь.
–Говорят, смех продлевает жизнь.
–Поверь, я был бы счастлив измерить свою жизнь в нормальных человеческих годах. И тем более, не намерен продлевать то, что ты называешь этим словом.
–Ну, хорошо-хорошо. – Адриан примирительно поднял руки ладонями вверх, пытаясь унять слёзы и начинающуюся икоту. – Знаешь, если бы не твоё хмурое лицо, я бы подумал, что ситуация забавна. Но глядя на тебя, поверь, содержаться просто невозможно. Это не забавно. Это уморительно настолько, что…
–Хватит! – Натан в сердцах грюкнул бокалом о столешницу. – Это вышло случайно! Кроме моей изуродованной физиономии на повестке дня есть ещё что-нибудь? Если нет – я пошёл отдыхать. В следующий раз, подсыпав кому-нибудь свои травки в бокал, сам будешь возиться с тазиками.
–Ей нужно было развязать язык.
–Все равно это ничего не дало. И до этого было ясно: она ничего не знает. Только салон мне заблевала. И вообще, она не подходит. Мне нужна сильная, умная, с быстрой реакцией, способная сориентироваться даже в безвыходном положении. Даже на костре. В могиле. А эта… Пф!
Мечется, как паралитик. Паникерка, но при этом лезет на рожон. Слишком слабая, ничего не умеет. И, по-моему, у неё с головой не все в порядке. Я не буду с ней работать.
–О! Я вижу, Лика произвела на тебя впечатление.
–Неизгладимое. – Натан скривился, вспомнив, как девчонку полночи выворачивало наизнанку.
–Ты знаешь, что как друг, я поддерживаю тебя. Но как Искатель… Ты не можешь ослушаться. Столько лет метка искала ее. МЫ искали ее. Да и ты сам. Сколько раз тебя выворачивало душой наружу, пока не обнаружился сигнал? И теперь мы точно знаем, кто она.
–Плевать я хотел на то, кто она!
–Но это – ОНА! Лика – твой Проводник. И, сам знаешь, это не зависит от твоего желания.
–Скорее нежелания. Стало быть, ты не пойдешь мне навстречу?
–Нет. Прости, Натаниэль.
