От слов Мейсона кровь в жилах леденеет. Такое ощущение, будто на меня вылили ведро ледяной воды. Мысли превращаются в настоящий хаос. Я не понимаю…не хочу понимать то, что происходит.
— Но Уилл…
Он же занимался всеми документами.
— Уиллу тоже пришлось попотеть ради тебя. Нам всем пришлось это сделать.
Ужасная правда, наконец, обрушивается на меня совершенно внезапно. Уилл знал! Он все знал! Я чувствую, как мной овладевает слабость. Хочется вздохнуть, чтобы хотя бы немного унять ту боль, которая так быстро поглощает меня. Не могу. Ничего не могу.
— Вам…всем? — удивленно переспрашиваю я. Кто еще стоит за всем этим?
— Особенно мне! — Услышав стук каблуков, который так сильно давит на виски, устремляю взгляд в сторону Мерседеса и широко распахиваю глаза.
— Амелия?
Мой голос срывается на шепот. К горлу подкатывает комок. Непонимание и неведение наполняют мои мысли. Я ожидала увидеть кого угодно, только не ее.
Она же… Она не могла этого сделать!
— Ты выглядишь растерянной, — вздыхает женщина, подходя к Мейсону. Он улыбается ей и собственнически кладет руку на ее талию. Они вместе? — Где же твоя уверенность? Боевой дух? Куда же подевалась та Джеки, которая так сильно желала уничтожить Алана?
Вспомнив свой поцелуй с Мейсоном на том вечере, мне становится противно. Тошнит. Как же это мерзко.
— Милая, не дави на нее, — говорит ей парень, чмокнув ее в щеку. — Посмотри, как она напугана.
— Мейсон, сделай одолжение, подожди меня возле машины. Мне нужно поговорить.
Мейсон покорно выполняет ее просьбу и быстро удаляется.
— Вы убили моего ребенка.
Сердце каменеет, как только я вновь начинаю об этом думать. «Привет от мистера Томпсона» оказался всего лишь ловушкой, в которую я угодила. Все было фарсом. Ложью. Обманом. Теперь, я действительно понимаю, почему Алан так удивился моим словам в кабинете Уайта. Он не виноват. А если это так, то…то все это время я мстила не тому! Все было напрасно.
— Не я. А тот парень, который сидит в машине, — с сочувствием говорит Амелия, но на ее лице тут же появляется улыбка. — Мне жаль, но только это могло заставить тебя согласиться на месть. Ты так просто согласилась все бросить и уехать. Еще нашла унизительную работу. Тебя нужно было привести в чувства, девочка. Ты должна быть благодарна мне за помощь.
Почувствовав, как по щеке скатилась слеза, не спешу смахнуть ее с лица. Кажется, в спину воткнули огромный нож, и с каждой секундой его медленно поворачивают, делая мне еще больнее. Сколько еще я смогу вытерпеть?
— Вы…вы знали, что я была беременна? — в ужасе спрашиваю я.
— Да. Твоя мать случайно проболталась мне в одном из наших телефонных разговоров. Софи трудно хранить секреты. Так было всегда. Кстати, благодаря ей я знала, где ты живешь, кем работаешь. Как видишь, мне ничего не стоило тебя найти. — Амелия делает шаг в мою сторону. Я хочу отойти от нее. — Я в курсе, что это был ребенок Алекса, но я знаю своего сына. Он никогда не думал о детях всерьез. Сейчас он женат. Хм, видимо его женушка тоже хорошенько постаралась, чтобы затащить его под венец.
Все внутри сдавливает от ненависти и гнева, но болезненное душераздирающее чувство сжигает все на своем пути.
В голове не укладывается, что под маской ранимой, страдающей и искренней женщины скрывается такая ведьма.
— Зачем вам это было нужно? — С каждым словом голос становится все громче, но в итоге он вновь срывается. Я едва ли не задыхаюсь от слез, подкативших к горлу.
— Видишь ли, Джеки. Наша жизнь с Аланом всегда была неважной. Чего мне только стоило его на себе женить! Хотя, у твоей мамочки дела обстояли гораздо лучше. Кристофер было от нее без ума и сам бегал за ней, как собачонка. Забавное было зрелище. Софии всегда везло, но я все равно добивалась своего. Знаешь, когда родился Алекс, я подумала, что теперь, мне можно не волноваться о любовных похождениях своего мужа. Ребенок держал его на привязи. Правда, некоторое время.
— Вы могли просто уйти от него, а не мучить друг друга.
— Уйти? Я не настолько глупа, чтобы бросать мужа, когда его бизнес начинает приносить кучу денег. — Амелия говорит об этом так спокойно. Как будто рассказывает мне рецепт своего любимого пирога. — Потом я родила Джареда. Алан хотел, чтобы я постоянно сидела дома вместе с двумя детьми, а меня такая жизнь тяготила. До сих пор помню, как каждый день с ними сводил меня с ума. К тому же, меня жутко раздражало, что Алан продолжал мне изменять с очередной куклой. Я решила ему досадить. Я была знакома с его помощниками, поэтому мои отношения с ними довольно быстро становились очень близкими. И знаешь, мне понравилось. Они дарили мне подарки, ухаживали за мной, боготворили меня. Но однажды, Алан все узнал и решил, что главной злодейкой была только я, а он у нас — белый и пушистый. Он выгнал меня из дома и быстро оформил развод.
— Зато вы получили свою свободу. Вы же так этого хотели.
— Алан не имел права так со мной поступать. Это он все начал, а не я. — В ее глазах так много ненависти и злости. — Я пообещала себе, что отомщу ему.
