– Если бы все можно было начать сначала, я бежал бы от тебя так, что за мной, наверное, горела б земля, – холодно заметил я. – Смени тему, Оля, если тебе, конечно, есть что сказать, кроме голимой брехни о любви. А уж это, поверь, в настоящий момент совершенно неактуально. Ну? У тебя есть что еще?
– Хочешь, я тебе расскажу, почему тогда так поступила?
– Нет, не хочу. Я уже ничего не хочу, если честно. Сам не знаю, что мне сейчас надо. – Я медленно прошелся по комнате, подошел к столу с красками, зачем-то измазал палец белой эмалью. – Не пойму, какого черта мне вообще понадобилось с тобой сегодня встречаться. Чего я ждал от этой встречи? – пожал я плечами. – Может, я мазохист? Может, мне захотелось проверить себя, посмотреть, как себя поведу, вновь увидев тебя? Что испытаю при этом? А, Оля, как думаешь?
Она молчала.
– Вообразил себя психологом-практиком? Решил, что раз обучен реанимировать тело, то смогу и душу реанимировать? А оказалось, что реанимировать-то и нечего. Все давно умерло, разложилось. Какие радикальные меры ни принимай – бесполезняк. Ничего не спасти. Остается лишь зафиксировать смерть и вызывать эспэбэо. [4] – Я грустно ухмыльнулся и открыл дверь, но задержался на пару секунд на пороге, еще раз попробовал вызвать в себе хоть какие-то чувства к этой девице, которую раньше любил. Да, без ложной скромности надо признать: я ее когда-то любил. Когда-то… Давным-давно… Но сейчас – все! Вернее – ничего. Пустота. Миллионы световых лет между нами. – Прощай.
– Нет!
– Прощай!
– Костя… Денис… О Господи! Я даже не могу сейчас сообразить, как к тебе обращаться. Подожди секунду. Не уходи. Дай собраться с мыслями. Мне очень многое надо тебе сказать. Пожалуйста, подожди!
– Прощай! – Я решительно шагнул за порог и плотно закрыл за собой дверь. Кивнул двоим быкам, которые дожидались меня в коридоре: – Приступайте. – И стал тяжело подниматься на второй этаж, где Крокодил, Комаль и Ворсистый скромно попивали пивко.
Все. Прощай, Ольга. Я тебя больше никогда не увижу. Я даже не буду сейчас наблюдать по монитору за тем, как ты умираешь.
Ну Крокодил! Ну садюга! Ну извращенец! И сумел же придумать такое!!!
– Пошли. – В комнату вразвалочку вплыл дюжий детина, смерил Ольгу оценивающим взглядом и плотоядно провел языком по губам. – Пошли, – еще раз процедил он сквозь зубы и кивнул на распахнутую дверь.
– Куда? – Ольга безропотно встала с дивана, совершенно не в тему подумала о том, что проклятая босоножка продолжает натирать ногу, и, хромая, пошагала из комнаты. Детина ухмыльнулся и лениво поплелся следом. – Так куда мы? – задержалась Ольга в дверях.
– В другую комнату. – Детина слегка подтолкнул ее в спину. – Сюда сейчас припрутся рабочие. Чего ты им будешь мешать?
«И правда, чего им мешать? – Ольга мельком глянула на еще одного бугая, присоединившегося к ним в коридоре. На вытянутых руках бугай осторожно держал картонную коробку из-под видеомагнитофона. Так осторожно, что это просто не могло не бросаться в глаза. Будто эта коробка была под завязку набита бесценным антикварным фарфором. Или склянками с нитроглицерином. – В той комнате, куда меня сейчас отведут, наверное, уже закончен ремонт. Она уже обставлена мебелью. Там уютно. Там меня сподручнее насиловать. А может, даже и убивать». – Она подумала об этом совсем равнодушно и, повинуясь кивку одного из бандитов, начала подниматься по лестнице.
Насчет того, что там будет мебель и что там гораздо уютнее, Ольга ошиблась. Маленькую коморку без окон, куда ее проводили, изначально планировали, скорее всего, сделать кладовкой. Или как камера для содержания узников? В таком случае, Ольга удостоилась чести стать первой ее обитательницей. Она обвела взглядом оклеенные виниловыми обоями стены, покрытый серым линолеумом пол. Ни стула. Ни какого-то подобия нар. Ничего на площади примерно в восемь квадратных метров. Разве что только… Ольга задержала взгляд на миниатюрной видеокамере, установленной в верхнем углу комнатушки: – «Будь я сантиметров на тридцать повыше, будь я при этом профессиональной баскетболисткой, тогда еще можно было бы попробовать допрыгнуть до этой заразы, попытаться свернуть ее к дьяволу. Впрочем, даже тогда я не стала бы этого делать. А смысл?»
Ольга уже давно смирилась с мыслью, что в этом недостроенном доме ей сейчас уготовано искупить свою вину перед Костей. Или Денисом?
«На все уже наплевать!»
– Что дальше? – обернулась она к своим конвоирам, застывшим в дверях. Один из них – с таинственной картонной коробкой в руках. – Уютная комнатушка, не правда ли?
– Отойди в дальний угол.
Ольга сделала три шага – больше при всем желании не получилось бы – по направлению к видеокамере.