Возвращаюсь в помещение, где воздух пропитан алкоголем, похотью и сигаретным дымом. Спотыкаясь об чьи-то ноги и путаясь в своих широких штанах, кое-как доплёлся до своего кресла и тут же без сил плюхнулся в него. Голова до ужаса тяжёлая, откидываю её на спинку кресла и прикрываю глаза. Руки мирно лежат на подлокотниках и я в полной релаксации ухожу в себя. Постепенно звуки, долбящие по перепонкам, затихают и я проваливаюсь куда-то в темноту. Как говорит, ушёл в себя и заблудился… Мрак и тишина, то, чего мне так не хватало.
Первая мысль когда я проснулся была: «где я», а потом уже «почему, бл*ть, так болит бошка». С трудом разлепив один глаз, я увидел знакомую красную стенку, уже лучше, значит я дома. Но вот как я сюда попал? Пох*й, потом у Анди спрошу. Зажмуриваюсь и резко открываю сразу два глаза. Острая боль заставила меня шумно выдохнуть и издать полу-вскрик, полу-стон. Больше никогда не буду так напиваться. Аж самому смешно. Сколько раз я уже себе это обещал? Не помню уже. Массирую виски пальцами и сажусь на кровати. О, меня даже раздели. Смотрю на прикроватную тумбочку: на ней стоит стакан с водой и рядом таблетка, а ещё бутылка минералки. Значит, мама постаралась. Чёрт, мне ведь теперь будет стыдно смотреть ей в глаза. Ну думаю она поймёт, она ведь всегда была понимающей и заботливой мамой. В детстве мне никогда и ни в чём не отказывала. За это то я её и люблю, больше всех в своей жизни.
Растворяю таблетку и выпиваю всё залпом. Ух, как пить хочется, просто жуть. Слава богу сегодня не надо никуда идти.
После холодного душа я снова почувствовал себя человеком. Но тяжесть из головы так и не ушла. Одевшись, я иду на кухню, где меня уже ждёт заботливо приготовленный мамой вкусный и очень аппетитный завтрак. Набив свой пустой желудок, разумеется оставив его довольным, пошёл звонить Анди.
После гудков в трубке послышался вялый и очень сонный голос моего лучше друга.
- Доброе утро, Андреас. – наигранно весело пролепетал я ему в трубку
- Боже, Томас, чего ты так кричишь? Разве утро бывает добрым? – по голосу было заметно, что он скривился. – Никогда не мог понять, ты был вчера в го*вно, а сегодня как огурчик, в чём твой секрет?
- Дело привычки. – и я рассмеялся в трубку
- Конь.
- Эй, будь проще.
- Ты чего ржёшь тогда?
- А что, мне плакать?
- Ну хотя бы прояви сострадание.
- Не будь тряпкой, Анди.
- Не называй меня так, скока раз говорил. – он снова скривился. – сразу похоже на какое-то девчачье имя.
