— Иди нахер! — рявкнул Я. — Ты не представляешь, как ты меня подставил. Пять трупов на мне. Не мне тебе говорить, что убийц нигде не любят, даже если это убийство при защите произошло!
Костя сначала сделал очень проницательное лицо, а затем спросил меня:
— Ты что, до сих пор уверен, что здесь действует хоть какая-нибудь система? — после этого он начал так смеяться, что из его глаз потекли слезы.
Он смеялся ещё очень долго. А я просто сидел рядом с мертвецом и сам по немного усмехался сложившиеся ситуации. К тому же, Я вспомнил про свою руку — и не потому что ко мне снова пришла слабость, а потому что с ней надо было хоть что-то сделать. И снова Я был удивлен: то что было увидено, снова не сходилось с моим представлением. Сколько раз меня уже посещало удивление? Не считал, но думаю уже порядочно. Не все мои пальцы были оторваны выстрелом: мизинец и безымянный пальцы продолжали находиться на своем законом месте. Но самое интересное было, что кровь перестала идти — на месте раны появилась огромная корка, полностью перекрывающая выход для кровопотери. Не знаю, с чем это связано… но это спасло меня! Как же Я рад, что мне не придется бегать и искать, чем мне остановить кровь или накладывать жгут…. Столько проблем было решено сразу. Но… мои пальцы…. Черт! Это были мои пальцы! Мои драгоценные и единственные пальцы. Как хотелось предаться нытью, о том, что много вещей Я мог ими сделать. Но это чушь — никогда Я бы об этом не стал ныть. Мне было жалко и очень больно, что Я потерял часть себя…. Мне будет не хватать их.
Костя, кажется стал успокаиваться:
— С тобой не соскучишься! — вытирая слезы, произнес Костя. — Я в восторге.
— А ты представь в каком Я! — оставалось только усмехнуться и мне. — Ты противоречишь сам себе!
— И в чем же?
Я протащил шершавым языком по обсохшим губам и продолжил:
— Ты говоришь, что не позволишь мне становиться уродом, но в тоже время подстрекаешь на убийство пяти человек. Понимаешь?
— Понимаю, но… эта банда, как ты их окрестил, не переживают от того, что кого-то надо убить и готов поспорить этим они и занимаются — убивают людей ради содержимого их рюкзаков. А что касается Андрея, то он не такой, как они. Может он и убог и его поступки при жизни были ужаснее чем твои, но не факт, верно? И я считаю, что он — хороший человек, который заслуживает жизни, а не это дерьмо, которым теперь только мух заманивать.
Я посмотрел на Костю с неуверенностью:
— Твоими словами, Я сейчас сделал хорошее дело?
Костя театрально взмахнул руками и произнес:
— Как ты любишь всё опошлить! Да, можешь считать, что всё именно так!
Посмотрев на мою покалеченную руку, он произнес:
— Мне действительно жаль, что с твоей рукой так вышло и что я не смог вовремя определить некоторые тактические ходы. Могли бы и по другому закончить.
— А ты правда ушел бы, если бы Я отказался возвращаться за Андреем?
Костя немного подумал прежде чем ответить:
— Уйти — нет. А вот разговаривать я с тобой точно бы перестал.
— Понятно. — прошептал Я.
Я совершенно перестал понимать, что происходит. Мысли, что это всё дурной сон продолжали занимать мою голову. Вроде это тот же самый Костя, но какой-то другой. Я не мог этого объяснить, но чувство, что родной человек стал иным только усиливалось. Куда делся мой Костя? В самом начала ведь был именно он. Когда Я просмотрел тот момент, когда его подменили? И получается, что с этой подменой мне предстоит весь путь? Я не смогу. Не смогу, зная, что ведёт меня чужак. Но идти все равно надо. Я сейчас убил пять человек и внутри меня теперь должна сиять пустота. И она есть, но только из-за Кости.
— Мировая? — рассмеялся Костя, протягивая мне руку.
Я болезненно улыбнулся и ударил по несуществующей руке Кости.
— Так, раз мы разобрались с этим, может поищем того, ради кого это и затевалось? — спросил Костя. — Но сначала….
Он резко замолчал. Я посмотрел на него — он смотрел мне за спину. На его лице было нескрываемое удивление. Он потер висок и произнес:
— Кстати, пока ещё не слишком поздно — перезарядись?
— Что?
— Повернись и сам посмотри, я не могу понять, как это возможно….
В фильмах в подобных ситуациях частота воспроизведения кадров замедляется и не для того, что бы показать невероятную реакцию главного героя, а чтобы подготовить зрителя. Мне подготавливать было некого — Костя уже был в курсе. Только насчёт чего? Я резко развернулся.
Я ожидал увидеть, что позади меня собралась новая группа отморозков, что снова появился монстр, который не брезгует человеческой плотью. Но всего это не было. Ко мне медленно шагал мертвый отморозок. Тот самый, что первым принял выстрел, когда Я вошел во двор. Но он должен быть мертв! В его шеи не было небольшого кусочка и его челюсть была частично разворочена. Его куртка была залита кровью. Огромным пятном оно растеклось по его вороту и груди, а ближе к поясу превратилась в хаотичные брызги. Он потерял слишком много крови, у него нет куска плоти и не где-то, а в шеи. Он не может оставаться в живых! Как это возможно?
