— А дальше мы будем идти «в слепую». После гостиничного комплекса у нас нет точного маршрута. Мы будем знать только предположительное направление. Если, конечно, не встретим местного жителя и не спросим у него дороги. — он скривил лицо. — Только, черт пойми, какие там местные жители. И дальше, в течение суток мы должны выйти на медицинский комплекс.
Он обвел всех взглядом.
— Хочу сразу отметить, что план я строю, основываясь исключительно на самом благоприятном раскладе. Все трудности я исключил, так что, все сроки нашего пути — это как условия задачи. Никаких погрешностей. С этим всё… вопросы есть?
Ребята молчали. То ли дело было в сложившемся стереотипе ещё при жизни, когда никто не хотел выглядеть глупо спросив первым о самом очевидном. Или же дело было в том, что вопросы здесь были неуместными. Но я делал скидку на то, что они находились «здесь» намного дольше чем я, поэтому я не мог молчать.
— Честер. — решительно начал я. — Расскажи подробнее, что ты подразумеваешь под неблагоприятным раскладом?
Честер устало зевнул:
— Долго рассказывать. — он посмотрел в сторону окна. — Ребята, раз ни у кого больше вопросов нет, то всем лучше выспаться. Вставать придётся рано.
Ребята согласно кивнули и направились трансформировать диван в разложенное положение.
— А что касается тебя. — Честер повернулся ко мне. — Пошли, пройдемся. Ответ будет длинным, а на свежем воздухе ход мысли идёт лучше.
На выходе из дома нас встретила ночная прохлада. Она была единственным признаком наступившей ночи. Пространство было заполнено светом от костров, нескольких прожекторов и бесконечными разговорами. С окончанием дня, на улицах появилось огромное количество людей. Они как вампиры, весь день провели в помещениях и только с последними лучами солнца решили высунуть нос на улицу. Честер упоминал, что особенность такого поведения вызвана тем, что именно ночью происходят все возможные нападения на городок.
«Как думаешь? — говорил он. — Почему наши предки опасались ночи? Потому что вся нечисть в это время и активизировалась».
И тут он был прав. Он успел мне поведать одну историю, когда на них напали другие люди. Их группа тогда составляла семь человек. Двое тогда погибли. Честер не особо вдавался в подробности, но смысл я уловил — люди здесь куда опаснее, чем вся местная фауна вместе взятая. И эта новость меня ничуть не удивила. Также было и при жизни, стоит ситуации хоть на миллиметр выйти за грань, как человек с радостью покажет своё истинное лицо. Ничего нового, только здесь это было реализовано с необычайной жестокостью. Совершенно бессмысленная, люди часто творили то, что хотели. Если бы Рустам не был бы таким замкнутым, он бы явно чувствовал себя как дома. Нужно было только нескольких единомышленников.
— Ты готов? — поинтересовался мой спутник.
Я кивнул. Сейчас всё моё внимание будет посвящено исключительно одному человеку. Нужно слушать и формулировать вопросы, чтобы закрыть большинство моих пробелов об «Ирие».
— С чего бы начать? — обратился он сам к себе. — Хотя, сначала я тебя спрошу: что ты вообще знаешь об этом месте?
Я остановился и удивленно посмотрел на него:
— Я думал это мне придется тебя расспрашивать, а не наоборот.
Честер замер на месте:
— Мне так проще будет. Отвечай.
Я с секунду стоял в нерешительности, но быстро взял себя в руки и зашагал вперед. Честер последовал за мной и через несколько шагов, он поравнялся со мной.
— Я знаю, что это жестокий мир. Чистилище, если так можно выразится. Я знаю, что люди которые попали сюда совсем не святые, за плечами которых масса ужасных поступков. Здесь одновременно сложно умереть и в то же время, довольно просто. Получишь повреждение — сгниешь. И только от размера ущерба зависит, как быстро ты будешь разлагаться. Есть люди живущие здесь и есть монстры. И на кого лучше нарваться — тот ещё вопрос, но это конечно за пределами города.
— Мда…. - пробормотал Честер. — Не густо. Наш разговор будет куда длиннее, чем я предполагал. Я понимаю, почему ты так думаешь и рассуждаешь. Ты слишком мало пробыл здесь и практически ничего не видел. Поэтому у тебя вполне романтическое представление обо всём.
Мы дошли до дома, обогнув который, мы вышли на местное подобие главное городской улицы. Она была длинной, и даже смотря вдаль, нельзя было точно сказать, как далеко она тянется.
— Это не Чистилище. Это скорее всего Ад в чистом виде, но так как у меня совсем иные представления были о нем, я предпочитаю пользоваться твоим названием. — Честер не предупреждая, начал переходить на другую сторону улицы. — Чистилища у нас нет. Оно только у католиков.
В настоящем мире, здесь должна была располагаться дорога, но машины были здесь редкостью, и смысла в ней не было. Так что везде был тротуар, по краям выложенный плиткой, как будто тут раньше и была проезжая часть. Меня беспокоил вопрос, как им удалось все это построить?
