Людмила Алексеевна вздрогнула от слов сына и умоляюще посмотрела на Илю: пожалуйста. Дальше он начал планировать, когда они смогут расписаться. Всего лишь через два месяца. Нет ли возможности сделать это быстрее? Надо закатить такую свадьбу!
– Игорь, я не собираюсь замуж, тем более за тебя.
– Почему? Я же люблю тебя, дорогая.
Он стоял на коленях. Да что же это такое, в самом деле! Иля резко поднялась и ушла в комнату, закрыв ее на замок.
– Мама, чем я обидел ее?
– В ее положении все раздражает, – ответила Людмила Алексеевна, думая про себя, как быть. Может, к бабке его сводить – приворожила что ли. Если в прошлый раз она просила Ильяну побыть с ним какое-то время, то теперь понятно, что она не останется – ребенок не его, может, и к лучшему, да и сама женщина против…
Иля провела два урока. На большой перемене сидела в учительской. Раньше ей нравилось общаться с учениками на переменах. Теперь на нее смотрели как на женщину, ждущую ребенка от Игоря Маслюкова, перешептывались за спиной. Она могла возражать сколько угодно – никто не слушал. Игорь в первую очередь. Оставалось одно – уехать. Как забрать документы так, чтобы об этом не стало известно Игорю, учитывая, что Людмила Алексеевна – директор школы. О том, чтобы женщина стала ее союзницей нечего и думать: ради сына она готова терпеть и нелюбимую невестку, и неродного внука. Опять Ритус? Уехать так? Паспорт на руках, на работу как-нибудь устроится. А если в розыск подаст? Он сейчас в состоянии, когда на все способен. Иля закрыла глаза. Не хотела она никого не видеть, не слышать. Дверь открылась тихо.
– Ильяна! – в двери счастливое лицо Игоря. Даже на работу пришел. – Можно тебя, милая?
Иля посмотрела на довольного молодого человека. За столом заулыбались. Она, побледнев, поднялась – сегодня же уедет, куда глаза глядят.
– Что?
Она вышла в коридор. Но там тоже люди – дети рассматривали ее в упор.
– Я приготовил тебе подарок.
– Это не может подождать?
– Нет. Я думаю, ты будешь рада. Сейчас. Идем. Тут за углом стоит человек… – Игорь взял руку Или и повел ее за собой. – Милая, смотри, кто приехал. Твой отец…
Иля отдернула руку, словно ее ударило током.
– Правда, класс?! Теперь, у нас будет настоящая свадьба! – не унимался Игорь.
Иля прижала руки к груди. Глаза на окаменелом лице уставились в одну точку.
– Здравствуй, дочка! Я вот решил поговорить с твоим мужем… – она явственно расслышала смех смерти.
– Слушаю!
Господи, ты все-таки существуешь!
Ритус уже подошел к ней и заслонил собой.
– Ты?!..
Лицо смерти исказилось гримасой страха, губы потеряли всякую окраску, а пустые глаза запали в пустоту, зияющую чернотой. Ритус отодвинул Игоря в сторону, встал наизготовку.
– Ты… ублюдок… собака… – шипел голос смерти.
Ритус не реагировал, лишь смотрел на шипящий рот, понимая по губам невысказанные слова.
– Как же ты с двумя женами одновременно управляешься? – издевался голос.
– Тебя настолько интересует мой член? – Ритуса невозможно вывести из себя.
В ответ лишь фырканье. Ритус приготовился. Нож, пущенный смертью, застыл в воздухе. Ритус держал его ладонью. Он сконцентрировался и на нем, и на его посланнике, и на женщине, стоящей за его спиной, поэтому понадобилось время, чтобы нож, зависший в воздухе, повернулся и вонзился в пол. В осязаемой тишине чувствовалась тяжесть воздуха. Смерть прошла мимо людей на выход. Ритус наблюдал за ней: нельзя вступать в схватку – люди могут пострадать. Он проводил взглядом нежданного гостя, мысленно проследил за ним до самого выхода и лишь затем повернулся к женщине. Она, обмякнув, съехала по стене. Игорь хотел кинуться к ней, но вдруг увидел, как какой-то посторонний мужчина берет ее на руки и несет по направлению к учительской.
Ритус положил ее на диван – этого еще не хватало… Он стянул куртку, подложил под голову. Похоже на глубокий обморок. Ничего, сейчас отойдет. Он расстегнул ворот блузки, провел рукой над грудью и головой – надо убедиться, что все в порядке. Черт! Он резко разогнулся.
– Виктор Вениаминович, день как раз не добрый. Вы мне нужны… в гарнизон. Какая операция? Отмените. У меня беременная женщина с врожденным пороком сердца, четвертой группой крови и моими примочками… Хорошо…
– Тимур, разыщи Илькину кровь, у тебя должна она остаться… и мою тоже…
– Костя, вертолет на меня с Андреем и Юрой…
– Арбет, мне нужна Светкина кровь, плазма – что угодно – быстро…
– Артур, нужна ваша с Сержем кровь. В гарнизон…
Ритус сунул телефон в карман, посмотрел на женщину – выхода не было. Он закатал рукав блузки, пощупал на всякий случай пульс: прощупывался все реже-реже. Надрез на руке получился небольшой и неглубокий. Мужчина сидел рядом и смотрел на кровь, медленно сочащуюся из раны. Чтобы не испачкать пол, снял полотенце с умывальника и подложил его под руку.
Присутствующие молча наблюдали за необычным мужчиной. Звонок разбудил их ото сна – надо успокоить детей. Что это было? Игорь находился в обмороке в соседнем кабинете. Мать пыталась привести его в чувство: вот все и разрешилось. Теперь понятно, от кого ребенок.
