Всё утро пытаюсь поймать неуловимую Лидочку Сергеевну, но она ловко маневрирует по отделам, словно избегая меня. К обеду я уже сдаюсь и просто жду нашей с Дани встречи.
Но с наступлением обеда он мне не звонит, на мои сообщения не отвечает, а из собственного кабинета мистически пропадает.
Я не понимаю, что происходит. И мне это категорически не нравится.
Я начинаю подозревать, что где-то в офисе есть черная дыра, бесследно засасывающая нужных мне людей. Даня не отвечает на сообщения, Сонька исчезает из приемной и не поднимает трубку, а Лидия Сергеевна ни разу так и не попалась мне на глаза за половину рабочего дня.
Какая-то мистическая зона, а не фирма-поставщик лакокрасочных материалов.
Самое время бежать отсюда. И я бегу. Правда, не далеко, спускаюсь на второй этаж бизнес-центра в столовку и в гордом одиночестве ухватываю последний кусок лазаньи. Ищу взглядом свободный стол и натыкаюсь на одно-единственное пустующее место. За столом айтишников.
Понятно, кого им не хватает. Без вести пропавшего.
Сама судьба оставила этот стул пустующим, чтобы я опустила на него свою шикарную пятую точку и разгадала тайны Килиманджаро.
– Привет! – радостно здороваюсь с толпой нелюдимых спецов. – Можно? – киваю на стул. – Мест нет…
Несколько пар глаз поднимаются на меня и осматривают. Дольше прилично положенной секунды, и я начинаю неуютно себя чувствовать. На мне рога что ли оленьи выросли?
Но потом Кирилл робко улыбается мне и, запинаясь, говорит:
– Садись, конечно.
Я паркую свой поднос с едой возле чувака с рубашкой в яркую клетку, прямо напротив краснеющего парня. Присаживаюсь под его настырный взгляд и первым делом берусь насыпать кофе три в одном в кипяток, чтобы занять руки. Есть под такой пристальный взгляд как-то некомфортно. Никак не оставит идею склонить меня к рандеву?
– А где Данил? – как бы невзначай интересуюсь, поднимая глаза на Кирилла.
Помешиваю в чашке сахар и пристально слежу за сменяющимися на лице парня эмоциями. Кажется, вопрос немного осадил его энтузиазм.
– Уехал по делам, – кривит лицо его друг.
– Понятно, – вздыхаю, беря вилку.
«По делам», в принципе, всё объясняет. Но мог бы, конечно, черкнуть смс.
Ковыряю пластиковую лазанью и прикидываю, как убить обеденное время, если все интересные для меня люди куда-то свалили. Рядом скрипят отодвигаемые стулья, айтишники стройным рядом поднимаются и идут на выход. Роботы. Все, кроме Кирилла. Он цедит компот напротив и все терзает меня глазами.
Господи, я и забыла, каким он бывает приставучим.
– Кхм, – прокашливается он, прерывая благостную тишину. – У тебя есть планы на вечер?
Я некрасиво давлюсь лазаньей, которую рискнула попробовать. Максимально неуместный вопрос, чувак.
– Кир, я вроде как занята, – проглотив комок полусырых макарон, выразительно объясняю.
Даже брови для наглядности вскидываю. Мол, сам догадаешься кем?
– Ага, наслышан, – бурчит он, сжимая граненый стакан в руке. Я отмечаю, что на костяшках правой руки у него подозрительные ссадины. Еще и агрессор. Махался с кем-то. Опасный тип.
– Только это, Лиз, ну его, – добавляет приглушенно.
В смысле: ну его? Поднимаюсь взглядом до его глаз и недоуменно прищуриваюсь. Он о чем вообще?
– Ты это… классная. Хочешь, я тебя домой сегодня подвезу?
В моей голове слабо улавливается связь между его странным советом и грязным подкатом. Ничего не понимаю. Рада, конечно, что все еще имею спрос, не смотря на идиотские слухи, разгоревшиеся как пожар и сожравшие все мои нервные клетки, но камон… Нашел время утверждать свою самооценку!
– Нет, Кирилл. Я – занята, – объясняю чуть ли не по буквам.
– Понял, – серьезно кивает и встает из-за стола. – Ну, я пошел.
– Ага, – соглашаюсь, закидывая в рот невкусную лазанью.
Всё, лишь бы не затягивать разговор. Ну серьезно, что за подкат?
Итак, подведем итоги: еда – отвратительная, беседа – отстой, обед в целом не удался. Пойти что ли Инстаграм полистать?
Отодвигаю от себя едва съеденную запеканку и берусь за кофе. Первый за это тягостное утро. Мысли скачут с Соньки и ее насущной проблемы на Даню и его таинственное исчезновение. И кофе не помогает успокоить разрастающуюся тревожность, только усиливают её. Хотя кофеина в этих пакетиках меньше, чем в крепкой кружке чая.
– Это тебе, – я подпрыгиваю от неожиданности, когда над ухом разносится уже знакомый голос. Рядом с локтем ставится тарелка с маффином. Я задираю голову, чтобы снова столкнуться взглядом с Кириллом.
Боже, он же не сдается. Как еще ему доходчиво объяснить…
– Кир, спасибо, конечно, но я сладкое не люблю.
И смотрю так многозначительно. Допетрит, нет?
– Я просто хотел поднять тебе настроение. Не хочешь – не ешь, – говорит, как с умственно отсталой, касается плеча и разворачивается на выход.
