– Я пришла ради того, – с вызовом вскинув голову, ответила Алегра, – чтобы ты официально представил меня своей дочери. Наталия с восхищением посмотрела на нее: ей трудно было представить себе, сколько усилий стоило Алегре сказать это. В этот момент она сделалась очень похожа на своего брата: такой же гордый взгляд и….
Наталия остановила себя, не желая думать о Джанкарло.
– Нет! Если ты собираешься продолжать обвинения… Оскорблять свою дочь я не позволю, – твердо произнес Эдвард.
Глаза Алегры вспыхнули, что опять напомнило Наталии о Джанкарло.
– Оскорблений заслуживаешь только ты! – парировала Алегра. – Попробуй вести себя как настоящий мужчина. Хотя настоящий мужчина вряд ли попадет в подобную ситуацию. А ведь я считала тебя истинным джентльменом.
К удивлению Наталии, Эдвард улыбнулся, хотя и криво.
– А у тебя всегда был острый язычок, моя дорогая, – насмешливо заметил он.
– Который иногда бывает ядовитым, – продолжила она.
Внезапно Наталия почувствовала, что атмосфера в палате стала изменяться, что-то новое, доброе, появилось в ней. Привязанность. Любовь. Несмотря на обиды, боль и гнев, Эдвард и Алегра любили друг друга. Не так-то просто перечеркнуть двадцать пять прожитых душа в душу лет, наполненных общими радостями и горестями.
– Врач попросил передать тебе, что пора отдыхать, – сказала Алегра, неожиданно меняя тему. – Поэтому я еще раз прошу тебя представить меня твоей дочери, чтобы мы могли уйти и оставить тебя размышлять о собственных грехах и их последствиях.
– Я уже говорил тебе, что Наталия родилась до того, как мы поженились! – резко ответил Эдвард.
– На два месяца?
Отец раздраженно пожал плечами, устало кивнул головой и закрыл глаза. Наталия вздрогнула и почувствовала, как по ее щекам потекли слезы. Если Алегра еще раз все внимательно обдумает, то она должна понять, как сильно Эдвард любил ее – он женился на ней, бросив свою бывшую возлюбленную с ребенком.
В палату вошла медсестра и попросила гостей выйти, чтобы больной мог отдохнуть. Через несколько минут Наталия оказалась в коридоре, один на один с женой своего отца.
– Не плачь, девочка моя, – улыбнулась Алегра и нежно потрепала ее по плечу. – Ну, мы с твоим отцом поцапались. Ничего страшного. Мы оба с ним все прекрасно понимаем. Не переживай, все будет в порядке.
– Я не хотела вставать между вами, – с болью в голосе прошептала Наталия. – Мне нужно было познакомиться с ним. Я всегда мечтала встретиться с отцом…
– Я понимаю. – Алегра крепко сжала плечо Наталии, требуя, чтобы та успокоилась. – Эдвард мне все объяснил. Тебе совершенно не нужно в чем-то передо мной оправдываться. Не только передо мной… Ни перед кем. Ты должна это понять, – ласково сказала она.
– После свадьбы Эдвард никогда вас не обманывал. Никогда. – Наталия знала, что должна высказаться. – Он ни разу не видел ни меня, ни мою маму с того дня, как я родилась. Если я простила его, может, и вы его простите? Пожалуйста.
Алегра убрала свою руку и принялась нервно вышагивать по коридору.
– Он был не до конца честен во время нашего обручения, – холодно заметила она. – Ты думаешь, это легко простить и забыть?
Наталия тяжело вздохнула. Нет, Алегра никогда не простит Эдварда.
– В то время как я оплакивала смерть нашего любимого сына, он нашел дочь, на которую смог перенести свою любовь, – продолжила Алегра.
– Я ничего не знала о Марко, пока мы с Эдвардом не встретились. Я бы не решилась… – Новый поток слез, хлынувший из ее глаз, прервал Наталию. – Моя… мама умерла. Понимаете, я нашла документы, где говорилось, кто мой отец. Я так всегда мечтала увидеть его. Я должна была…
Продолжать дальше она была не в силах. Ей было больно вспоминать о том, как она обнаружила, что всю жизнь мама, которую она обожала, обманывала ее.
Сколько раз она рассказывала дочери о прекрасном юноше – Натаниэле Дейтоне, который был капитаном большого торгового корабля и у которого были такие же синие глаза и огненные волосы, как у его дочери. Но однажды, вскоре после ее появления на свет, он, мол, попрощался с маленькой дочерью и любимой женой и уплыл в далекие страны. И не вернулся, погибнув при кораблекрушении. Двадцать пять лет Наталия верила в эту чудесную, но печальную историю, как вдруг оказалось, что это сказка, Натаниэля Дейтона никогда не существовало. Мать выдумала его и взяла себе новую фамилию, когда переехала с дочерью из Лондона в маленькую деревню в графстве Суффолк, где никто не знал ни ее, ни ее прошлого.
Когда Наталия узнала, что ее отец жив, она поклялась себе, что отыщет его. Несколько месяцев ушло у нее на поиски Эдварда Найта. Потом она написала ему письмо с просьбой встретиться, в котором рассказала, кто она такая и почему хочет с ним познакомиться. Через несколько дней они встретились в переполненном баре, недалеко от здания его офиса. Им с первой минуты было так легко вместе, что даже сейчас Наталии было трудно поверить, что они знакомы чуть больше шести месяцев.
– Он подарил тебе часы твоей прабабушки? Часы работы Фаберже? С трудом приходя в себя после тяжелых воспоминаний, Наталия кивнула.
