Вернувшись к стойке, он вновь уставился на бармена. С извиняющейся улыбкой тот пшикнул в стопку из той же бутылки, теперь уже не разбавляя. Разглядывая её содержимое, Алекс повертел стопку в пальцах. Не удовлетворившись количеством налитого, вернул её назад и показал жестом, чтобы бармен добавил ещё столько же. Бармен послушно пшикнул ещё раз, теперь до края оставалось совсем немного места. Алекс поднял стопку и одним махом отправил её содержимое в горло. Проглотил, выдохнул и почувствовал лёгкое приятное послевкусие. Бармен пододвинул к нему блюдце, на которое Алекс даже не взглянул. На пороге бара стоял всё тот же громила, а из-за его спины выглядывали ещё двое. В их глазах читалось любопытство, в зале не было никого, кто бы мог сравниться с вылетевшим из него человеком по своей комплекции. Бармен, яростно жестикулируя, кричал только одно слово.
– Не надо! Не надо!
В глазах громилы застыла обида, видимо, он пытался накрутить себя до уровня злости, но у него это плохо получалось. Алекс поманил его к себе пальцем, повернулся к бармену и, показав два пальца, ткнул ими в стопку. Бармен послушно наполнил её, тогда Алекс кивнул на подошедшего и повторил свои жесты. Бармен поставил на стойку вторую стопку и проделал всё те же манипуляции.
– Пей! – приказал он, обернувшись к громиле.
От изумления брови мужика медленно поползли вверх как разводные мосты, рискуя встать перпендикулярно к своему обычному положению. Мужчина молча взял стопку и уставился на Алекса, по-видимому, ожидая слов с извинениями, но Алекс лишь чокнулся с ним своей стопкой и отправил её содержимое вслед за первой. Громила выпил свою. Алекс оставил банкноту на стойке, похлопал мужчину по плечу и, погрозив ему пальцем, направился к выходу. Почувствовав жжение спиртного в желудке, он подумал, что не мешало бы закусить, но нечем. У этих проклятых Богом англичан напрочь отсутствует культура пития, они умеют лишь нажираться до скотского состояния и не в состоянии понять душу русского человека. Гордость за Родину наполнила его сердце, ностальгия отпустила. Полегчало. Он махнул рукой, останавливая такси. Наружка, уже привыкшая к тому, что он никогда не садится в первый автомобиль, пропустила к нему таксиста, и Нури спокойно отправился в отель, наблюдая в зеркало заднего вида за тем, как двое из тех любопытных, что стояли в дверях бара, кинулись к третьей машине такси.
«Я всё-таки их сделал, – подумал он, откидываясь на сиденье. – Будем продолжать Ваньку валять…»
На следующий день Алекс выехал в Ливерпуль для встречи с представителем строительной компании «Харт Энтерпрайзиз», рекомендованной Честертоном.
Человек, встретивший его на вокзале, выглядел весьма противоречиво. Близко посаженные к переносице карие глаза на сильно вытянутом черепе с наметившейся лысиной и сильно оттопыренные уши – всё это придало бы ему вид законченного «ботаника», но для такого образа не хватало очков с толстыми линзами, хотя взгляд выдавал близорукого человека. Возможно, этот незаконченный образ и вызывал недоверие клиентов, из-за чего Энтони Стендиш был не очень удачливым бизнесменом. Только после близкого общения люди начинали понимать, что перед ними человек с ясным умом и твёрдой волей, а ко всему прочему ещё и профессионал высокого класса. Сдержанно-застенчивая манера общения резко контрастировала с возрастом, он выглядел как вечный подросток, который всё никак не мог повзрослеть. Стендишу было уже тридцать пять, но он по-прежнему был холост, хотя и возглавлял собственную компанию. Общаясь с клиентом, Энтони, борясь с застенчивостью, всё время краснел, словно девушка на смотринах.
Алекс легко узнал его по описанию мистера Честертона. Энтони Стендиш, в отличие от него, одет был довольно просто – в джинсы и рубашку из той же ткани. Алекс же был в костюме-тройке серо-голубого цвета из дорогой испанской шерсти. Когда он выезжал из Лондона, на улице было довольно прохладно, поэтому у Алекса через руку висел чёрный плащ.
– Алекс де Ла Минч, – представился он первым, протягивая мистеру Стендишу руку. – Мне вас рекомендовали как весьма умного и грамотного специалиста. Очень надеюсь, что мои знакомые не ошиблись в вас.
– Энтони Стендиш, весьма рад встрече с вами. Однако, если честно, я предполагал увидеть вас более возрастным.
– Ничего страшного, с годами я исправлю для вас это первое впечатление.
Оба рассмеялись.
– Мы поедем в контору или сразу в ваше имение, чтобы я мог ознакомиться с объёмом необходимых работ?
– Лучше сразу ко мне, по дороге и поговорим.
– На моей машине? – уточнил Энтони.
– Да, если не возражаете. Я недавно в Англии и ещё не успел обзавестись автомобилем.
– В таком случае я могу что-нибудь упустить из сказанного вами.
