— Ну, да, похоже. — Ларгис сходил к своему ремню и подобрал его и куски печати все до мельчайшей крошки. — А вроде бы обычный сургуч. Ничего необычного. В любом случае, больше никаких странных предметов здесь нет. Теперь понятно, почему кувшины обшиты кожей. На обычный глиняный кувшин лепить печать и неудобно и нелепо. Хитро они эти штуки приспособили. Чтобы добраться до горлышка, надо непременно сломать сургуч… И что будем с этим делать?
Веилас посмотрел на лежащие в ряд на земле одиннадцать кувшинов.
— В мешки и на тяжеловоза. Сегодня вечером проверим. Сломаем еще одну печать и посмотрим на результат. Если результата не будет, на обратном пути зайдем сюда еще раз и продолжим поиски. Надо бы снаружи что-нибудь заметное оставить.
— Не надо. — Ларгис вытряхнул из мешка копченые окорока. — Я это место найду. А вот ломать все печати, если следующая опять приведет к возникновению Предела, не стоит. Нам и самим такие ценные вещи пригодятся. И вот еще что… — Разведчик постелил на дне опустевшей телеги свою рубашку и разложил на ней осколки печати. Крошево пытаться подгонять по месту было долго, да и не нужно. Общий контур был и так виден. — Видите, как она выглядит? Как затек сургуч? А теперь можете сходить вдоль этого Предела или поверить мне на слово — форма та же самая. Я его уже обошел и прекрасно себе представляю вид сверху.
— Договорились. — Аэрлис чувствовал себя неловко за необоснованные обвинения и вдвойне за свою несообразительность. — Твое чучело поставим рядом с чучелом Даэроса. Но это же… невероятно. Обычный сургуч. Вельо, ты какую-нибудь Силу чувствуешь?
— Никакой. Это самый обычный кусок сургуча. Все печати ломать не станем, а вот вино всё равно выпьем. Из принципа. Дорога-то неблизкая. Распорем кожу у донышки и расколотим.
Орки стояли в степи, выстроившись в две шеренги и ожидали следующего страшного появления Властелина из воздуха. Властелин явился вместе со своим черным конем и беловолосым помощником. Помощник свалил с коня войлок и велел грузить его на те телеги, в которых была вода и еда для орков. Потом Властелин опять исчез и вернулся с другим помощником и тяжеловозом, нагруженным мешками. Провизии с ними никакой не было. Стало еще страшнее, чем было. Властелин, оказывается, мог не только исчезать и забирать с собой двуногих и четвероногих спутников, но и умудрился за одну ночь прикончить две телеги еды. Только вот не допил малость. В том, что провизию его Черное Величество сожрало вместе с телегами, орки не сомневались.
Лесовики встречали Даэроса у крайних домов на опушке леса. Покидать свои городища и переселяться ближе к старой Малерне и Пределу они не горели желанием, но их поселения медленно, но верно выползали наружу из чащи. Первые поселенцы, которые рискнули выстроить дома на открытом месте, тут же стали и самыми зажиточными. Заброшенные когда-то поля и луга, которых долгое время не касались ни плуг ни борона, принесли в прошлом году хороший урожай.
От свежевспаханной земли шел пар, по бороздам уже разбрелись птицы, в надежде выклевать посеянное зерно. Ребятня с тряпками веселилась, гоняя грачей и помогая немногочисленным пугалам. Идиллия, если не знать, что где-то недалеко есть проход, ведущий в обиталище совсем не мирных Сестер.
Староста Талок, который яростнее прочих доказывал Даэросу, что он не эльф, а страхолюда, первым на краю леса и отстроился. Он же и встречал звероухого с почетом и отчетом о разборке бывшей "эльфийской" башни на дрова и доски. Насчет разобрать и использовать, у этого бородача была потрясающая хватка. Поначалу он чуть не обмер со страху, когда услышал такой кощунственный приказ. Но перестал бояться сразу, как только узнал, что все разобранное, а так же то, что Принц Страхолюда не сочтет заслуживающим внимания, достанется тем, кто будет трудиться над таким тяжким делом как "ломать не строить". Утаивать найденное Талок не посмел бы. Он хорошо помнил, как вокруг городища появляются труднопреодолимые рвы, а земля скрежещет так, что у коров молоко пропадает.
