Я понимал, что мы подошли к той черте, за которою стоит переступить, не смотря ни на что, только решимости мне все еще не хватало. Спасение Кассиана заключалось в вампирской крови. Нет, он не станет вампиром от этого, но будет неразрывно связан с донором. Так же как и вампир, отдавший свою кровь, будет связан с моим мужем на веки вечные. Они станут как Сиамские близнецы, только общим у них будет не тело, а разум и душа. Простит ли мне это Кассиан когда-нибудь? Хочу в это верить…
- Ты сможешь? – глухо спросил я Давида.
- Нет, - он покачал головой, - мне хватает Черета, от присутствия их двоих в своей голове я свихнусь.
- Лакин не согласится, - еле слышно произнес я.
- Не соглашусь на что? – вампир сел с другой стороны от меня.
Солнце уже показалось над линией горизонта, а его жгучие лучи вновь начали плавить песок, поднимая волну жара.
- Дать Кассиану свою кровь, - ответил вместо меня Давид, бросая жесткий взгляд на Лакина.
- Соглашусь, - как-то обреченно кивнул вампир, - все равно нет другого выхода, с таким грузом мы не выберемся.
Я молча достал один из кинжалов Касса и протянул его вампиру. Лакин сделал небольшой надрез на запястье и поднес его к губам Касса. Некоторое время ничего не происходило, только темно-красная струйка скатилась с уголка рта мужа. Потом Касс медленно сглотнул жидкость, наполнившую его рот, еще несколько ударов сердца и он закричал, выгибаясь в пояснице. Лакин тут же убрал руку. Кассиан орал и бился в моих руках, на лбу выступила испарина. Непонимающие что происходит Тени, сбежались на его крик, обступив нас со всех сторон. Когда тело мужа перестало содрогаться в моих руках, он замолчал и распахнул синие глаза, где-то в их глубине плескался шок от пережитой боли, но с каждой секундой лихорадочный блеск пропадал, а взгляд становился все более осмысленным.
- Касс, - позвал я тихонько.
- Воды, - прохрипел он.
Возникший из ниоткуда Черет, тут же протянул ему фляжку с водой. Касс жадно выпил все до единой капли.
- Что это было? – спросил Касс, переводя на меня взгляд.
Я молчал, не знал, как сказать, точнее, как объяснить все последствия, которые теперь лягут на сознание мужа. Лакин тоже молчал, отвернувшись от нас.
- Ничего особенного, - весело объявил Черет, - твою драгоценную шкурку спасали!
- Путем вливания в мои вены раскаленной лавы? - хмыкнул Касс и прижался ко мне, его еще слегка потряхивало.
- Что-то типа того, - уклончиво ответил парень и подмигнул мужу.
Интересно, у Черета иногда бывает плохое настроение или ему все неудачи кажутся забавными детскими приключениями?
- А если более конкретно, Джаред? – Касс обратился ко мне.
Пока я собирался с мыслями, как все правильно объяснить Кассу, Кай, который до этого молча стоял в стороне и внимательно разглядывал мужа, подошел к нам, опустился рядом и стал снимать перевязку с его плеча. На месте глубокой раны в обрывках окровавленной и грязной одежды была гладкая бледная кожа, ни следа, ни шрама не осталось.
- Охренеть! – дружно выдохнули Тени.
- Джаред, - требовательно произнес Кассиан.
- Кровь Лакина, - только и успел произнести я.
- Н-да, дружище, мы теперь ближе чем братья-близнецы! – воскликнул вампир, вскакивая с места.
- В каком смысле?
- Поймешь со временем. А пока можешь сказать мне спасибо.
- Спасибо, - послушно повторил за ним Кассиан.
- Надо двигаться дальше, - задумчиво произнес Давид, глядя на полный диск солнца, зависший над линией горизонта.
- Долго нам еще идти? – Шенон наклонился и взял в руку горсть песка, пропуская песчинки между пальцами.
- Надеюсь, до рудников доберемся за сегодняшний день, - ответил я, поднялся и протянул руку Кассиану.
Муж встал и снял перевязку с бедра, там от раны так же не осталось и следа.
- Чудеса…, - прошептал он и коснулся меня сухими потрескавшимися губами.
Я тут же прижал его к себе, углубляя поцелуй, понимая, что ничего не имеет значения, по сравнению с тем, что он жив. Я снова могу быть с ним рядом, могу целовать его и прижимать такое любимое тело к себе, могу дышать с ним одним раскаленным воздухом пустыни. Я улыбнулся и отстранился.
- Ну, что господа, в путь!
Чем выше поднималось солнце, тем жарче становилось. Песок с каждой минутой напитывался жаром и отдавал его воздуху. Если присмотреться, то вполне модно было различить, как воздух переливался, сгущаясь в плотную прозрачную массу. Я прикрыл глаза и мотнул головой, прогоняя наваждение. Нам всем было очень тяжело, но путь наш был все еще далек от завершения. Вода и еда закончились, запасы мы сможем пополнить только на рудниках, а до них нам предстояло выдержать еще целый день пути.
Кассиан.