Без тебя полностью

Я подумал, что когда перестал искать новое в жизни, то научился ловко обманывать риск и страх. И теперь новая возможность возникла передо мной, и я быстро привыкаю к наркотику, каким стали для меня отношения с Лайлой. Я становлюсь беззащитным и ранимым. Итак, на этот раз она позвала меня обедать ради того, чтобы согласовать ближайшие планы. В следующий раз она легко может заявить, что не собирается продолжать наши отношения и пора закругляться с тем, что у нас есть. Мне уже довелось узнать на собственном опыте, что отношение Лайлы к жизни заставляет ее без предупреждения поворачивать то влево, то вправо, все время скакать туда-сюда во имя достижения максимально возможного. Кто знает, когда Лайла захочет от меня отвернуться?

Если учесть, что после очередной встречи с этой женщиной я всякий раз ощущал, что все больше к ней привязываюсь, приближалось время, когда придется принимать решение. Если я намерен продолжать с ней общаться, то придется смириться с тем, что настанет день, когда мои взгляды на развитие наших отношений войдут в противоречие с ее взглядами.

Надо идти вперед с широко раскрытыми глазами. Надо допускать оправданный риск. Подобно Лайле, гулявшей босиком по пляжу ночью, мне следует наслаждаться тем, что у меня сейчас есть.

На Корсо открыли новую лапшичную. Когда мы вечером встретились снова, на этот раз на пристани, Лайла предложила зайти туда и перекусить по-быстрому. Я заказал лаксу[12]. Лайла подошла к стойке, чтобы тоже сделать заказ, но вдруг ее внимание привлекла банка с овощным порошком, стоящая на поверхности из нержавеющей стали.

– В меню написано «без аджиномото», – нахмурившись, произнесла она, – а этот бренд использует аджиномото.

– Аджиномото? – переспросил я.

– Глутамат натрия. Чертов нейротоксин.

Голос Лайлы повысился, не очень сильно, но в нем звучало столько отвращения, что люди, стоящие в очереди позади нас, умолкли. Я вдруг понял, что сейчас стану свидетелем чудовищной вспышки гнева.

– Лайла…

– В меню написано «без аджиномото», – бесцветным голосом произнесла женщина средних лет, стоявшая за стойкой, – но небольшое количество может присутствовать в некоторых ингредиентах. Если у вас аллергия, я могу их исключить.

Лайла взяла меню со стойки, порывисто его развернула и хлопнула им перед женщиной.

– Без аджиномото, – громко прочла Лайла. – Вам надо либо изменить меню, либо перепечатать его.

– Успокойся, Лайла. – Я слегка потянул ее за руку. – Оставь это.

– Исследования постоянно подтверждают, что глутамат натрия – яд для человека. Он обладает кумулятивным действием и может привести к поражению головного мозга. А еще глутамат натрия часто вызывает аллергию. Вы не имеете права добавлять его в пищу и не сообщать об этом людям. – Лайла перевела дух, немного успокоилась, но явно собиралась просвещать женщину дальше. – Вы понимаете, насколько это серьезно?

Женщина за стойкой переубежденной не казалась.

– Леди! Вы будете заказывать лапшу или нет?

– Блин! Нет! Я сюда и через миллион лет не приду. И если я зайду сюда через неделю и увижу, что меню не перепечатали или не заменили еду, я позвоню в соответствующие органы власти.

Позади нас началось движение. Я оглянулся: несколько человек, прежде стоявших в очереди, направились к выходу. Те, кто еще не ушел, с интересом смотрели на Лайлу. Некоторые тихо переговаривались. Женщина за стойкой тоже это заметила. Она нервно махнула рукой по направлению к входной двери.

– Думаю, вам надо уйти, или я вызову полицию.

Лайла приподняла брови, глядя на женщину. Прежде чем она вновь открыла рот, я дернул ее за руку.

– Лайла! Давай уйдем, прошу тебя!

Она повернулась ко мне, вздохнула и отошла от стойки.

Уже снаружи она выплеснула на меня свое раздражение:

– Нельзя легко относиться к пищевым консервантам. Я проверила меню по интернету, прежде чем мы сюда пошли. Я знаю: она не права.

– Ну, мы не будем здесь ужинать. Зачем устраивать такой грандиозный скандал?

Мне не казалось, что Лайла по-настоящему разгневана, но она прямо-таки вибрировала от нервного раздражения.

– Каллум! Это незаконно. Нельзя давать неправильные данные о пище. Почему ты не понимаешь, что меня так расстроило? Сегодня она подмешивает в еду глутамат натрия, а завтра может подбросить кусочек радиоактивного стержня.

Я поднял руки вверх, поняв, что она по-настоящему в ярости и этот спор мне ни за что не выиграть.

– Давай лучше отправимся в пиццерию. Или пойдем домой, и я… накормлю тебя.

Я колебался. Учитывая ее строгую диету и мои ограниченные кулинарные способности, я на самом деле страшился подобной возможности. Лайла вопросительно приподняла брови.

– Соевый смузи? – предложил я.

На ее лице возникла легкая улыбка. Лайла неохотно взяла меня под локоть. Мы зашагали вниз по Корсо.

– Для меня на самом деле важно не употреблять глутамат натрия. Извини, что сорвалась. Я ненавижу людей, которые недооценивают всю серьезность этого.

– Хорошо, Лайла. Я понял.