После торжественной части мы все встречаемся на улице. Как приятно покинуть многолюдный душный зал и вдохнуть свежий летний воздух.
Эта семейная вылазка оказывается прекрасным поводом познакомить родителей с мамой Егора. Чуть позже к ним присоединяются родители Вики. Пока они делятся впечатлениями и дружно смахивают скупые слезы по поводу того, какими их дети стали взрослыми, мы перетаскиваем сумки с вещами из наших машин в арендованные для выпускников лимузины.
Через полчаса мы едем в этих самых лимузинах. Цветомузыка и бар с напитками окончательно раскрепощают разгорячённых выпускников. Раскрепощается и мой брат. Кто бы мог подумать, что увижу и услышу, как он поёт в караоке. Мы с Егором сидим сзади и угараем над ним.
Пока я сбита с толку вокальными данными Дениса, рука Егора аккуратно приземляется мне на колено. И как бы невзначай скользит по бедру выше.
— Егор, — шикаю на него.
— Да никто не обращает внимание.
— Я тебе дам «никто не обращает внимание», — закидываю одну ногу на другую.
— Я истосковался весь…И не только я, — взгляд Егора падает в область его ширинки.
— Истосковался он. Слово-то какое «истосковался», — смеюсь.
— Смешно ей, — театрально обижается, убирая руку.
— Руку вернул, — улыбаясь, исполняет. — Вот так-то, — устраиваюсь удобненько на его плече.
Приезжаем на базу отдыха. Здесь сегодня и будет происходить вечеринка в честь окончания университета. Берег реки, деревянные коттеджи, волейбольная площадка, мангалы, сауна и многое другое. Что ж, я думаю, скучать не придётся.
Получаем ключи от номера, заходим внутрь. Егор бросает наши сумки на пол. Смотрит мне в глаза. Ослабляет галстук.
— Душит меня, — поясняет свои действия.
Подхожу к Егору. Медленно развязываю узел, оставляя галстук у себя в руке.
— Так лучше, — касаюсь пальцами его шеи.
Наклоняется ко мне.
— Подожди, — торможу. — Дай мне твой пиджак, — протягиваю руку. — Твой пиджак и пять минут.
Егор сначала немного теряется, потом снимает пиджак и отдаёт его мне.
— А ещё рубашку сними, а то потом следы от помады не отстираем.
— Понял, — руки уже расстёгивают первую пуговицу.
— Я сейчас буду, — подмигиваю и скрываюсь за дверью в ванную комнату.
Ровно через пять минут выхожу. Егор сидит на тумбочке. В одних брюках. Поднимает на меня глаза.
Вот это взгляд.
Я не прогадала. Ведь на мне сейчас нет ничего, кроме пиджака и трусиков.
— Решила пока в это переодеться, — кокетливо провожу рукой по воротнику пиджака.
— Ты меня без ножа режешь, — делает шаг ближе ко мне. — Нельзя так со мной, — подходит вплотную. Подхватывает на руки и несёт к кровати. — Нет, на кровати мы ещё успеем, — разворачивается. — Здесь хочу, — несёт меня к тумбочке.
— Там сейчас всё без нас начнется, — киваю в сторону двери.
— Похер, — целует в шею.
Да и мне, собственно, тоже…
— Егор, завяжи, пожалуйста, — поворачиваюсь к нему спиной, перебрасывая волосы вперёд, обнажая спину.
— Готово, — произносит после некоторых манипуляций с завязками купальника. Касается губами моей шеи.
— Спасибо, — разворачиваюсь. — Вот зачем причёску делала? Весь хвост развалился, — качаю головой. От моего высокого идеально гладкого хвоста не осталось и следа.
— А мне так даже больше нравится, — пропускает пальцы сквозь мои распущенные волосы.
— И помаду мне кое-кто всю стёр, — облизываю губы.
— Я не прочь повторить…
Звонок телефона, валяющегося где-то под кроватью, не дает Егору исполнить сказанное.
— Да, Дэн. А мы уже идём. Что значит, где застряли? Где надо, там и застряли. Да, да, сейчас я тебе отчитаюсь, чем мы тут с Катей занимались. В красках. Ой, иди к чёрту! — отключает вызов. — Нам пора, а то твой брат уже весь берег вдоль и поперёк истоптал, — берёт меня за руку. — Так стоп, ты в одном купальнике пойдешь?
— Так как бы пляжная вечеринка.
Хмурится. Разглядывает меня с ног до головы. Думает. Подходит к своей сумке, что-то там ищет, достаёт оттуда свою рубашку и даёт мне.
— Её накинь хотя бы, ради приличия.
— А тебя не смущает, что ты в одних шортах? Меня лично смущает. Но я же молчу, — неохотно надеваю рубашку.
— Будут на тебя все пялиться, — бубнит, игнорируя мой вопрос.
— На тебя тоже, между прочим.
— Могу тоже рубашку повязать. На поясе, — лукаво прищуривает глаза.
— А знаешь, мне пофиг, — иду к двери, медленно поворачиваю ручку. Оборачиваюсь к Егору. — Пусть все видят, какой ты у меня красивый.
Спускаемся по лестнице в гостиную на первом этаже. И там меня ждёт первый сюрприз этого вечера. На большом диване с мягкими подушками сидит Рита и… Рома. Так, по-моему, его зовут.
— О, Ромыч, здорово! Вы что, вместе с нами в домике расположились?
Рома пожимает руку Егора, в другой его руке тюбик с кремом. Которым он, видимо, мазал плечи и спину Риты, судя по жирному блеску на её коже.
— Как видишь. Мы просто немного припозднились, — Рита тут же бьёт его локтем в бок, — поэтому, наверное, с вами не пересеклись, когда заселялись.
— А это у вас что такое? — Егор намекает на головной убор из газеты. — Чтобы голову не напекло? Особенно твою, лысую?
