Я разочарованно вздохнула и спросила:
— В какое время мне подойти, чтобы застать его на месте?
Секретарша недовольно закатила глаза к потолку, но все же ответила:
— Не могу сказать точно. Директор в длительной командировке.
«Вот только этого-то мне как раз сейчас и не хватало!» — подумала я и, мысленно чертыхнувшись, вышла из секретарского кабинета.
Сегодня на улице было тепло, и я не торопясь направилась к машине, на ходу планируя, какие шаги предпринять, чтобы сдвинуть расследование с мертвой точки.
«Так, с сыночком я уже разговаривала, — размышляла я, — с его отцом тоже. А не побеседовать ли мне еще и с матерью Георгия Миронова? Может, ей тоже что-то известно, делятся же люди в семьях проблемами. К тому же пока все равно делать нечего».
Я развернулась и направилась обратно в офис «Союзинторга» — нужно было узнать адрес Мироновых. Пришлось в очередной раз побеспокоить нервную секретаршу.
— Будьте любезны, дайте мне адрес или домашний телефон Евгения Владимировича, — ровным голосом попросила я.
Секретарша посмотрела в мою сторону таким взглядом, будто я просила милостыню, и буркнула:
— Я его не знаю, директор мне не докладывается, — а затем погрузилась в листание огромной папки.
Я прекрасно понимала, что секретарша знает адрес Миронова, но в силу своего зловредного характера не желает мне его сообщать. А впрочем, она и не обязана предоставлять такую информацию первой встречной. Поэтому я предприняла еще одну попытку.
— Но, может, вы все же покопаетесь в тайниках своей памяти и извлечете данный адресок? — нежно произнесла я и вынула из сумочки красные «корочки». — Мне необходимо срочно переговорить с женой Евгения Владимировича. Кстати, напомните, как ее зовут.
— Я вам не справочное бюро, — завелась секретарша, даже не подняв глаза от своих бумаг, а следовательно, и не увидев моих, — ни адресов, ни телефонов знать не знаю. Так что идите по своим делам и не мешайте мне заниматься моими.
Терпеть такую грубость я не намеревалась, тем более от какой-то там секретарши, а потому, нагло присев на край столика, сунула свое удостоверение прямо ей в лицо, придвинув его вплотную к ее носу, и сурово спросила:
— Вам никто не говорил, что к органам милиции следует относиться с большим уважением? Это помогает избежать лишних проблем и конфликтов.
У секретарши задрожали оба подбородка, и мне даже показалось, что, если я сию минуту не исчезну, она набросится на меня с кулаками.
— Вы делаете свою работу, — процедила тетка сквозь зубы, — а я свою. Если каждый из вашей братии начнет доставать Миронова еще и дома, я вылечу с работы. Поэтому еще раз повторяю, что не знаю, где он живет.
Сказав это, секретарша резко встала и направилась к стоящему в углу шкафу. Я поняла, что спорить с ней бесполезно и что даже под угрозой расстрела она вряд ли сообщит нужную мне информацию, по — этому сразу же вышла из приемной. Теперь нужно было найти того, кто не только знает необходимый мне адрес, но и не станет его от меня скрывать.
Таким человеком оказался какой-то менеджер по продажам — парень лет двадцати восьми, с выпученными глазами и маленьким носом. Когда я показала ему свое удостоверение и, сославшись на то, что секретарши нет на месте, спросила, не знает ли он, у кого, кроме нее, можно узнать адрес директора компании, он без лишних разговоров ответил:
— Волжанская, 4, квартира 19.
И тут же убежал прочь, на ходу окликая идущую впереди даму в черном платье. Я проводила своего спасителя благодарным взглядом и поспешила к машине.
Только нажимая на кнопку звонка возле квартиры Мироновых, я вспомнила, что забыла спросить у того менеджера имя жены директора, но теперь отступать было некуда. Дверь приоткрылась, и из-за нее появилась маленькая женская головка. Тогда я сказала:
— Здравствуйте. Здесь проживает семья Мироновых?
Женщина вопросительно посмотрела на меня, кивнула и, пошире открыв дверь, в свою очередь спросила:
— А в чем дело?
— Разрешите представиться — Татьяна Иванова, частный детектив. Я расследую дело, в котором главным подозреваемым является ваш муж.
— Мужа нет дома, — тут же сообщила женщина и хотела было захлопнуть дверь, но я ее опередила, поставив в щель ногу.
— А ваш муж мне как раз и не нужен. Я бы хотела поговорить лично с вами. Я могу войти?
Женщина несколько секунд колебалась, а потом отодвинулась от двери, пропуская меня внутрь. Мы прошли в зал и сели. Я не спешила начинать разговор, осматривая интерьер комнаты и саму хозяйку. Между ними, кстати, не было абсолютно ничего общего.
Жена Миронова была внешне довольно невзрачной, и даже толстый слой косметики, покрывавшей ее лицо, не делал ее краше. Кроме того, со вкусом у нее было напряженно, так как она умудрилась сделать на свои темно-русые волосы мелирование, отчего казалось, что они уже седеют. В одежде женщина явно предпочитала обилие кружев и всевозможных рюшечек, что при таком маленьком росте, как у нее, было совершенно противопоказано.