— Ага, а может, и у парка или парикмахерской. Кто их знает. Придется следить за дамочкой.
Я завела двигатель, выехала на улицу и подъехала поближе к дому Мироновой, успев к тому моменту, когда она садилась в свою машину.
— Опаньки, а мы как раз вовремя, — обрадовалась я, указывая Кире на ту, за которой предстояло следить.
Он выдал мне в ответ совсем невероятную вещь. Он сказал:
— А дамочка-то ничего…
— И это все, о чем ты сейчас можешь думать? — удивилась я. — «Ничего»… Вот тебе и раз! Дамочка одну женщину грохнула, другую тоже заказала.
— Да ты меня не так поняла, — покраснел Киря, решив, что я считаю его бабником. — Я имел в виду, что для убийцы она уж очень приятно выглядит.
— А по-твоему, все убийцы и воры — сплошь рвань, живущая в трущобных районах? — повернувшись к другу, полюбопытствовала я.
— Да чаще всего получается так. Ты у нас только с крупными людьми связываешься, а мы больше мелюзгой подземельной занимаемся. Смотри, она поворачивает.
Совсем заболтавшись с Кирей, я даже не заметила, как Миронова повернула свою машину и поехала в направлении к городскому парку. Я поспешила сделать то же самое, догадываясь, что местом свидания выбран именно этот уголок отдыха.
Как я и полагала, добравшись до парка, Миронова сбавила скорость и стала искать место парковки. Я немного отстала, а потом решила объехать машину Оксаны Владимировны. И тут увидела тачку Тимошина, стоящую в стороне от всех остальных. Оксана ее, кажется, тоже увидела, так как направила свою к ней. Мне пришлось зарулить за дерево, оставив только часть своей машины на виду.
Припарковав свою тачку рядом с тимошинской настолько близко, как это было возможно, Оксана не спешила выходить.
Я гадала, что она собирается делать, но пока не находила ответов на свой вопрос.
— Похоже, они решили совершить обмен прямо через окна, — выдал свою версию Киря, — иначе бы давно вылезли.
Я была полностью согласна с ним, тем более что по нашему приемнику стали слышны кое-какие обрывки разговора:
— Привезла деньги? — спрашивал Тимошин. — Дай пересчитаю.
Со стороны послышалось недовольное бурчание. Видимо, Миронова не желала этого делать, по крайней мере до того момента, как получит пленку. Затем они еще долго препирались, из чего я поняла, что партнеры не доверяют друг другу.
— За такие бабки я тебе ее не отдам, — в конце концов заявил Мироновой Тимошин. — Я из-за нее чуть в тюрягу… Думаешь… — затем связь вновь ненадолго прервалась, а потом восстановилась: — Эта сука меня отпустила, дав сутки на… Так что я сваливаю… Пришлось наврать, кто меня нанял… — внаглую блефовал Тимошин.
Мне было ясно, что речь шла обо мне: Тимошин рассказывал Мироновой о том, какое условие я перед ним поставила и что он якобы не выдал ее, а наврал.
И тут в приемнике раздался чуть ли не визг:
— Кретин, она ж за тобой наверняка следит, иначе бы не отпустила ни за что!
Несомненно, Миронова догадалась о моем хитром плане. Сразу после этого она развернулась и начала мотать головой по сторонам в поисках меня. Может быть, она нас и не заметила бы, но тут какой-то идиот, подъехавший к нам сзади, начал напористо сигналить, чтобы мы дали ему возможность проехать мимо. Оксана тут же зацепила взглядом нашу машину и, повернувшись к Тимошину, взревела:
— Значит, ты, гнида, хвост привел? Сдал, шкура?
Поняв, что нас засекли, я принялась выгонять машину из неудачного укрытия, ругая того болвана, который все еще гудел сзади. Неожиданно послышался какой-то странный хлопок, а затем и звук, как будто что-то упало. Я резко притормозила и посмотрела в сторону машин Тимошина и Мироновой. Головы Павла не было видно, а Оксана торопливо выезжала из узкого проема.
«Неужели грохнула?» — промелькнуло у меня в голове, а Киря произнес вслух:
— Все, не сумел уплыть наш голубок.
Я снова нажала на газ и поспешила к месту стоянки машины Тимошина. Там было слишком уж тихо: машина рецидивиста продолжала мирно стоять, и ее хозяин не выходил из нее и не был виден.
Притормозив рядом с его зеленым «жигулем», мы с Кирей выскочили из машины и побежали на помощь Тимошину, в глубине души надеясь на то, что он жив пока еще. Киря первым достиг его машины, резко открыл дверцу, и моему взгляду предстало тело Тимошина, безжизненно лежавшее на двух сиденьях, а вокруг головы его красным пятном растекалась яркая кровь.
Киря протянул руку к его шее, надеясь нащупать пульсирующую вену, но вскоре отрицательно покачал головой. Это значило, что Тимошин все же полетел, но не туда, куда планировал, а на другой свет.
— Надо вызывать группу, — вывел меня из задумчивости Володька, — дело принимает слишком серьезный оборот.
Я кивнула и, протянув ему сотовый, бегом направилась назад к своей «девятке». Он принялся набирать номер, а я, сев за руль, бросилась в погоню. Вслед мне донеслось:
— Таня, не стоит так рисковать, я сейчас…
Я гнала машину, выжимая из нее всю возможную скорость. Миронова, увидев за собой погоню, мчалась впереди, то и дело оглядываясь.