1920-е, Вайоминг, Дальний Запад.Эбигейл Стенсон — гроза шерифов, за её голову объявлено щедрое вознаграждение. Однажды она берет в заложники сына пастора. Пятнадцатилетний Гарет всю жизнь не ходил дальше городской площади. Он считал свой мир нормой и покорно переносил побои, которые отец называл праведным наказанием. И вот он оказывается с глазу на глаз с воплощением зла. Но как быть, если Гарет уже ощутил вкус свободы и узнал другую жизнь?Марион Брюне виртуозно пишет в самых разных жанрах. Триллеры, детективы, вестерны — все её книги публикуют крупнейшие французские издательства. В 2018 году Марион получила Большую премию детективного романа, а за «Без веры и закона» — Золотой самородок-2019 на Книжной ярмарке в Монтрёе.5 причин купить книгу «Без веры и закона»:• Подарок всем любителям вестерна: золотые шпоры, одиночество в прерии, погони и борьба за собственную свободу;• Одновременно это современная притча о закрытости общества, ханжестве и относительности насаждённых обществом правил. И о том, как важно это помнить и пробовать смотреть шире своего информационного пузыря;• Роман рассказывается от лица пятнадцатилетнего пасторского сына. Отец — эталон морали, всевидящее око, наказующий кулак. Каково смиренному мальчику оказаться в среде странствующих ковбоев?• Главная героиня — отъявленная разбойница с золотыми шпорами. Постепенно за фасадом «зверюги» Стенсон обнаруживается хрупкое, но полное отваги существо;• В романе нет плохих и хороших, нет сильных и слабых. Даже Стенсон, воплощение силы и свободы, слагает с себя эту роль, воспевая силу тех, кто берет на себя ответственность за оседлую жизнь и воспитание детей.
MARION BRUNET
SANS FOI NI LOI
The original title: Klub divný ch dě tí
Published originally under the title “Sans foi ni loi”
© 2019 by Editions Pocket Jeunesse, département d’Univers Poche, Paris
Russian translation copyright: © 2022 by Samokat
© Марианна Кожевникова, перевод на русский язык, 2022
© Издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Самокат», 2022
Когда я увидел Эб Стенсон впервые, у нее из левой мочки капала кровь. Пуля могла изуродовать ей лицо, пробить горло, но повезло: шериф всего лишь на пару часов оглушил ее и отстрелил кончик уха.
— Неси воду!
Когда я увидел Эб Стенсон впервые, я сразу стал ее слушаться. Слушался и потом, иной раз охотно, иной раз не очень, но в то утро со всех ног побежал к кухонному крану наполнять кувшин. И руки у меня не тряслись, хотя она нацелила на меня винчестер, грозя проделать во мне солидную дыру.
— Шевелись давай!
Когда я впервые исполнял распоряжения Эб Стенсон, мне и в голову не пришло, что передо мной красивая женщина. Я вообще не понял, что передо мной женщина: волосы короткие, одежда мужская и до того грязная, что только у мужика — так я, по крайней мере, тогда подумал — воротник может затаскаться до такой черноты, а каждая морщинка на лице забиться рыжей пылью.
Она вырвала у меня из рук кувшин, облила себе голову, а заодно и все вокруг, а потом стала пить — жадно, как звереныш, струйки воды, оставляя коричневые разводы на ее шее, стекали на пол. А я думал: хорошо бы убрать все это безобразие до возвращения отца. Наверное, ненормально думать в такую минуту о порядке, но вообще-то мой отец куда страшнее любого винчестера.
Лошади у Эб Стенсон не было. Она появилась перед дверью нашего дома вся в пыли и крови неожиданно, я не слышал, как она подошла. Зато топот копыт распознал сразу, едва шериф с помощниками начали спускаться по склону холма за фермой. И Эб тоже.
— Сейчас будут тебя расспрашивать. Стой на веранде и отвечай громко, чтобы в кухне все было слышно!
Я кивнул.
Видно, кивка ей показалось мало.
— Пикнешь хоть слово насчет меня — сразу прострелю башку, — прибавила она.
Их было трое, они мчались с холма во весь опор, а мне отец всегда наказывал: не смей гнать лошадь, когда едешь вниз по склону. Он постоянно это повторял, когда отправлял меня в город с поручением. Из-под шляп лиц всадников не разглядеть, но я-то их всех прекрасно знал. У лошадей морды в густой пене, мокрые бока ходят ходуном. Конь шерифа заржал, когда седок рванул поводья, чтобы остановить его на всем скаку перед верандой.
— Привет, Гарет! Отец дома?
Я помотал головой.
— Вернется к вечеру, к больному поехал.
Один из помощников шерифа — самый молодой, Билл, — все старался утихомирить плясавшую под ним лошадь, которая так и крутилась на месте.
— Мы тут одну женщину ищем. Проходил здесь кто-нибудь?
— Женщину? — переспросил я.
Я ужас до чего удивился. На самом деле. По-настоящему. Мне и притворяться не пришлось, потому как я не сомневался: ко мне в дом пожаловал молодой парень и сейчас он стоит в кухне, наставив ствол на мой затылок.
— Да, женщину, — подтвердил шериф. — Но не из таких, на каких ты привык поглядывать.
Он сально хохотнул. И я сразу подумал о девчонках из салуна. Но шериф снова посерьезнел. До меня стало кое-что доходить.
— И что это за женщина?
— Та еще зверюга, — буркнул старина Джим, он сидел на лошади слева от шерифа.
Жуть до чего хотелось обернуться и проверить. Разглядеть как следует преступницу, которая держит меня на мушке и которую я только что поил водой. Женщина? Женщина в вонючей рубахе, со слипшимися от крови волосами, с черными мозолистыми руками и шпорами на сапогах? С низким и хриплым голосом?
Видно, лицо у меня стало такое, что шериф забеспокоился.
— Ты в порядке, Гарет?
Я ответил, что в порядке и никого тут не видел. Но сам здорово испугался, что они сейчас возьмут и уедут. Мне хотелось, чтобы они задержались, попросили воды — для себя или для лошадей. Чтобы не оставляли меня с глазу на глаз с такой женщиной. Может и странно это, но от одной мысли, что это женщина, меня бросало в дрожь.
— И что она натворила?
— Обчистила банк Коди. Вынесла кучу денег.
— И какая она?
— Сейчас, — ответил шериф. Вытащил объявление, разгладил и показал мне: черные-пречерные буквы, а под ними фотография, скверная — но я все-таки сразу узнал свою гостью.
И ее имя тоже: Эбигейл Стенсон.
Понятно, что я не собирался о ней рассказывать. Не сошел же я с ума — раз они напечатали объявление, значит, преступница и правда опасная.
— А почему за нее дают такую большую награду?
— Так она за собой труп оставила. Убила банковского служащего. У парня оказался револьвер, вздумал защищаться…
— Мгновенная смерть, — мрачно добавил Билл.
