Возле бокового ответвления трое сотрудников опасливо заглядывали в большую дыру овальной формы, проделанную в толстой герметизирующей двери явно плазменным резаком. Бледный и весь какой-то поникший инженер-электромеханик Ежи Трацевский сжимал в руке маломощный бластер, против робота практически бесполезный.
Он не очень решительно преградил путь Йенсону и предупредил:
— Дальше нельзя, профессор! А то он начнёт орудовать резаком, как против вон того робота…
Йенсон осторожно заглянул в дыру и сразу оценил обстановку: рядом с дверью, поперёк узкого коридора, лежал робот, вернее, то, что от него осталось, ибо он был почти перерезан на две части плазменным резаком. А ещё дальше, перед затемнённой нишей, замер точно такой же кибер, по-человечески подозрительно, как показалось Йенсону, поблёскивающий выпуклыми линзами фотоэлементов. Позади него, в бетонной нише, привалившись спиной к серой стене, сидел безучастный ко всему Сэм. Взгляд его был неотрывно устремлён в какую-то неведомую точку на полу.
— Сэм! — громко позвал профессор.
Тот не шелохнулся, зато робот, неестественно дёрнувшись, словно бы встрепенулся — и угрожающе поднял свой захват с зажатым в нём резаком. Все, кроме Йенсона, отпрянули от проёма.
— Сэмюэль Свифт! — повторил Йенсон, внимательно следя за суетливыми и какими-то хаотичными движениями кибера.
«Повреждена система координации, — отметил он, — да ещё включилась абсолютная защита от любой внешней агрессии. Хорошо ещё, что Свифт находился рядом с роботом до замыкания, поэтому он не воспринимается как проникающая внешняя угроза».
Поразмыслив, профессор пришёл к выводу, что Свифт запросто мог бы отключить робота, поскольку сидит за его спиной и не попадает в сферу обзора фотоэлементов.
— Сэмюэль Свифт! — крикнул Йенсон во всю мощь своих лёгких. — Глядя сейчас на вас, невозможно поверить, что вы мужчина, а не исступлённая истеричка! Подотрите, наконец, сопли!
Сэм очень медленно поднял глаза и вдруг заговорил довольно твёрдым и уверенным голосом:
— Через несколько минут меня здесь уже не будет, и, поверьте, никто не сможет мне в этом помешать. Все вы мне страшно надоели! Знали бы только, как я от вас устал! Я не хочу даже прощаться! Сожалею только о том, что не смог облачиться в свой мундир, и Долорес увидит меня в этой нелепой одежде…
Закончив свою небольшую тираду, Сэм замолчал и снова отрешённо уставился в пол.
— Вам, Сэмюэль, знакомо слово «убийца»? — заговорил громко Йенсон, уверенный теперь, что Сэм его хорошо слышит. — Через двадцать минут по вашей вине произойдёт взрыв реактора, будет полностью уничтожен госпиталь, вероятна гибель людей; кроме того, окружающая местность на десятилетия останется источником смертельной радиации…
Свифт словно не слышал, и Йенсон продолжил ещё громче:
— Мы, конечно, принимаем меры, и скоро сюда прибудут специалисты для уничтожения робота, но времени просто может не хватить. В этом случае погибнете и вы, хотя, как я понимаю, собственная жизнь вам не дорога. Подумайте хотя бы о тех, кто сейчас стоит перед вами, — ведь мы не уйдём, пока будет оставаться хотя бы единственный шанс! И я уверяю, что если бы у меня была возможность уничтожить робота, хотя бы и вместе с вами, то я, не задумываясь ни секунды, сделал бы это! Но, к сожалению, кибера в данный момент можете отключить только вы!
Было заметно, что Свифт колеблется. Наконец он принял решение и встал.
— Вы не обманываете меня, док, насчёт взрыва?.. — спросил он неуверенно.
— До взрыва осталось всего восемнадцать минут!
— Я поверю вам, док, но обещаете ли вы мне неприкосновенность и свободу в течение ближайшего часа?
— На вашу свободу, Сэм, никто и не покушается. Даю вам слово честного человека, что вас никто не тронет!
— Лично вам я верю, док. Подскажите только, как мне его отключить?
— Там, на спине у кибера, как раз посредине между манипуляторами, есть лючок, — заговорил просунувший голову в отверстие Трацевский. — Просто протяните руку, откройте его и надавите на красную кнопку. Пока он вас не видит, он для вас абсолютно безопасен.
Сэм неуверенно приблизился к «пританцовывающему» роботу и протянул руку. Через мгновение фотоэлементы, моргнув, погасли — и манипуляторы с громким лязганьем опустились вниз.
— Всё! — облегчённо проговорил Трацевский. Монтажный робот тут же протиснулся в отверстие и, захватив манипуляторами оплавленные концы самого толстого из кабелей, свёл их. Вспыхнули синие огоньки резака и плазменной сварки.
Йенсон в это время подошёл к безвольно сидящему Сэму, на которого в ставшем шумным коридоре никто, казалось, не обращал внимания. Даже трое прибывших «кобзовцев» в скафандрах высшей защиты остановились в нескольких шагах и, сняв шлемы, разговаривали о чём-то своём.
Только теперь Йенсон вспомнил о своём внешнем виде: босиком, пуговицы на одежде застёгнуты через одну… Ноги, грязные и в крови. Они оставляли следы на кафельном полу, и каждый шаг теперь отдавался заметной болью в ступнях.
«Надо побыстрее сделать санобработку, — подумал он устало, — а то завтра ни одну обувь не смогу надеть».
