— Да. Я все им рассказал. И то, зачем связался с Энни, и то, что мне стало известно после смерти Изабель. Департамент по борьбе с распространением дряни давно взял в разработку Туретто. Год назад он и его дружки начали продавать какой-то странный химикат от которого люди вообще с ума сходили. И первой, на ком испытали эту гадость, была твоя Мелочь, Мин Хёк. Её уже тогда было не спасти. Эйн нашел себе идеального подопытного. Она жила у нас, и он мог регулярно скармливать ей всё что угодно, а потом приезжал Туретто и забирал её прямо из лофта. А ты, как идиот, бегал по всему Сиэтлу в поисках сбежавшей наркоманки. Естественно, когда Эйну стало известно, что Туретто занялся департамент, у него не оставалось выбора, кроме как убить его. Если бы отец Эйна узнал во что вляпался его сынок, охочий до бабла, он лишился бы всего. Изабель нужно было убрать первой. И он это сделал в самый подходящий день, когда весь пансионат стоял на ушах из-за благотворительной ярмарки. Пришел и дал ей то, чего она хотела.
Я медленно опустился на пол и просто сел, схватившись за голову. Мою малышку Иззи убил мой лучший друг. Девочку, которую я защищал и пытался спасти, отправил на тот свет человек, которому я верил больше всего на свете. И почему? Из-за собственной продажной шкуры…
— Мин Хёк… — Лей притронулся к моему плечу, а я с диким и безумным смешком стал заливаться слезами.
— Я больше никогда не стану верить людям. Никогда и никому.
Как только эта фраза слетела из моих губ, перед глазами встал вихрь из свежего дыхания и лицо Греты. Её полные слёз глаза… Мне никогда не искупить то чудовищное дерьмо, которое с ней сотворили. Все были виноваты в её боли, но один я свято верил, что жертва только малышка Иззи.
— Поехали, — охрипше прошептал и вытер рукой лицо, а напротив появилась ладонь Нам Джуна.
Тонкое кольцо. Серебристый ободок, который он носил на большом пальце всегда и никогда не снимал. Это была рука моего брата, поэтому я схватился за неё и он тут же поднял меня.
— Думай мозгами, Мин Хёк! Если ты хочешь взять ответственность за жизнь Греты и стать её частью, научись думать. Чужая жизнь — не игрушка, брат. Эта девушка не заслуживает того, чтобы ждать такого дебила, как ты, из колонии. А она будет… Потому что я видел это в её глазах. Грета не бросит тебя никогда.
Мы повернулись к Лею и кивнули в поклоне.
— Да не за что! Приходите чаще. С вами чертовски интересно. Такой театр! Я прямо как дома себя почувствовал, — Лей хохотнул и похлопал меня по плечу, — Если будет нужна помощь с этой швалью, только скажи. Я готов сам его задушить голыми руками.
— Мы справимся, — ответил Лею и тот кивнул Нам Джуну, — Следи за ним. У него кровь под кожей горит, что огнедышащий дракон проснулся.
— Не переживай, Хён.
Мы вышли из лапшичной, и я буквально побежал к машине. Грета могла прийти на вечеринку в любой момент. Одна.
— Почему ты не сказал мне раньше? — я завел мотор и с облегчением увидел, что Джун сел в мою тачку.
Я не верил. Не хотел и не собирался верить, что он мог так поступить. Мне было больно от одной лишь мысли, что настолько близкий человек мог меня предать.
"Эйн…" — я лишь вспомнил это имя, а перед глазами красная пелена ярости встала.
— Потому что ты бы убил его. Ты не видел своего состояния после смерти Изабель со стороны, а я созерцал безумца, который соблазнил её сестру и пытался уничтожить ни в чем не повинную девушку, а потом всех кто был причиной смерти твоей Мелочи. Скажи я тебе, что подозреваю нашего лучшего друга, что бы ты сделал, Мин Хёк?
И Джун был совершенно прав. В том состоянии, когда я ещё не знал Грету, не понимал что чувствую к ней, я мог натворить ужасные вещи. Это она изменила меня. Грета стала причиной того, что я стал думать о будущем, снова мечтал и смотрел на мир, в котором полутона начали играть красками.
— У него было всё, что нужно для того, чтобы провести нас вокруг пальца. Он делал вид, что не переносит Изабель, а она попросту молчала о том, кто ей скармливает дерьмо, которое её убивало. Сам подумай…
— Доступ в студенческий чат у него тоже был, — я выехал на автобан и свернул на мост, который вёл в центр Сиэтла, — Мало того именно он прибежал ко мне с тем видео из гостиницы. Черная карта и мой почерк. Всё сходится, и это меня бесит и доводит ещё сильнее, потому что я идиот! Пока я пытался мстить, меня обвел вокруг пальца собственный друг.
— Не трогай его и остынь, Мин Хёк. Ты должен и дальше делать вид, что собираешься мстить Грете, иначе он слетит с крючка копов и откупится. Ты сядешь! Потому что прокурор мне в глаза сказал, что все улики против него косвенны, а у тебя был реальный мотив для убийства мексиканца. Сиди тихо и не рыпайся.
— Если с ней что-то случится… — я даже представить такое не мог.
Меня сковывали стальные прутья и не давали дышать только от одной мысли, что он посмеет притронуться к Грете.
