В четверг вечером они поссорились.
Добрые две недели они хотели сходить в кино на «Игры разума» с Расселом Кроу в главной роли, и все никак не складывалось: то одно, то другое. И вот наконец сложилось. Суббота, 19.30. В воскресенье утром Оля летит в командировку во Владик, но суббота свободна.
И —
вот вам здравствуйте.
После работы она сказала, что их пригласила на день рождения Наташа Крыленко. В субботу. К сожалению, кино переносится на следующий уик-энд.
С Крыленко Оля работала в поликлинике, а теперь та владела сетью аптек и звала в ресторан с большим ценником. Она могла себе это позволить и, кажется, была не прочь этим похвастаться. Справедливости ради надо сказать, что ее взлет не случился бы без мужчины. Был у нее в свое время любовник из мэрии, двух лет ей хватило, чтобы встать на ноги, после чего нужда в нем отпала.
Сейчас она наверстывала упущенное. Как она жила без машины? Как ездила в трамвае с простолюдинами? Что такое «Вдова Клико» – разве она знала? Сущий ад это был, а не жизнь. Многие живут так и не стремятся к лучшему. Нет, только бы не вернуться туда, не надо. Она всегда была оптимисткой, но порой было так себя жаль, что хоть вой. Серость. А где не серо, там пусто. Где взять столько оптимизма, чтобы выдержать? Грезишь день за днем, за ночью ночь и ничего не делаешь. Сколько таких грез так и не стало явью? Сколько их умерло? Чего не хватило? Силы? Упорства? Везения? Маленького, совсем ничтожного случая?
Теперь у нее новый мир. Она мечтала о нем. Но выдержит ли она его вес?
Они никогда не были подругами. Болтали, пили чай в ординаторской, бегали по магазинам, где больше смотрели, чем покупали, – а истинной дружбы не было. Когда Ольга ушла, то вообще стали видеться два раза в год – в дни рождения. Созванивались чуть чаще. Дальше слов о том, что надо бы встретиться, дело не шло. Обе в трудах и заботах. Это официальная версия. А если по-честному, то ни у кого нет желания, иначе давно бы нашли окна в плотных графиках и встретились. Вот и сегодня они всего лишь соблюли ритуал: Ольга поздравила (не без банальностей), а Наталья ее пригласила. Все это из светской вежливости, как по инерции. Ты поздравляешь, тебя приглашают, и ты не отказываешься. Интересно, вспомнила бы она о Крыленко, если бы не компьютер? И зачем приняла приглашение? Могла бы сказать, что не может.
Выслушав Ольгу (дело было на кухне), он помрачнел и не сказал ни слова. Сопровождаемый ее взглядом, он отвернулся и стал набирать воду в чайник.
Ей хотелось что-то услышать. Она не выдержала и обратилась к нему:
– Сережа, это трагедия?
Он не ответил. Он набирал воду в чайник.
– Не дуйся, – сказала она примирительно. – В следующие выходные сходим. Или можно в субботу утром.
– Как пионеры, – промолвило гранитное изваяние. Оно включило чайник и развернулось.
– А что в этом такого? – спросила Ольга.
– Так, ничего. Мелочи жизни.
– Нас пригласили.
– И?
– Надо было врать? Встречаемся с ней раз в год.
– И? – Он повторил свой короткий вопрос. – Подруги?
– Нет. Хорошие знакомые, – Она сделала над собой усилие, чтобы это выговорить. – Это меняет дело?
– Да.
– По-моему, нас не так часто приглашают на дни рождения? Да и с друзьями в последнее время как-то не очень. У тебя их много? Когда тебя в последний раз звали? Или ты? Может, опять заболеешь? Будет традиция.
Он промолчал. В прошлом году он якобы был болен, с температурой и кашлем, и не пошел к Крыленко.
– Сходили бы в воскресенье, но ты уезжаешь, – сказал он.
Она знала, что он это скажет.
– Ты забываешь о разнице во времени. Вылетаешь на Дальний Восток утром, а прилетаешь вечером. Давай конструктивно, – сказала она. – В субботу утром или на следующей неделе?
– Давай скажем ей вежливо, что не можем. Если честно, тебе это надо?
– Да. Мне это надо.
– Наташа базарная баба, которая стала богатой. Никогда не поверю, что тебе интересно с ней.
Вместо того чтобы продолжить дискуссию, она улыбнулась.
– Сережа, я готова признать, что была неправа, не посоветовавшись с тобой. Миру мир?
Он заваривал чай, стоя вполоборота к ней:
– Мир без фильма?
– Фильм в субботу утром.
– Или после работы?
– На следующей неделе?
– Нет, не на следующей.
– Завтра?
– Да.
– Завтра тяжелый день. Вряд ли получится.
– В самом деле, о чем это я? Работа – на первом месте. Дом – на втором.
– Это две половинки моей жизни.
– Это неравные части.
Она промолчала.
– Чаю будешь? – спросил он.
– Да.
Тут он заметил в углу паучка.
