Бездна Мурены полностью

– Виталик, фас! – Юрич вытянул в сторону Командора руки с обувной коробкой.

Тот взвыл и поджал ноги, пытаясь целиком влезть под одеяло:

– Оно же ноги откусит! Убери! Убери!

Руслан принялся швырять шарик в стену прямо над головой Дипера. Штурман, подкравшись, начал дёргать край его одеяла и приговаривать:

– Сверчки лезут по кровати! Они уже на одеяле! Дима, берегись!

Биолог, цепляясь за спинки своей кровати руками и огромными ступнями, прыгал на панцирной сетке, хохоча и одновременно корчась от простреливающей спину боли. Подавленному Зениту оставалось лишь с горечью наблюдать за творящейся вакханалией.

Запись № 12. Во что они превратились? Лучшие люди Земли, отобранные из самых умных, выносливых, преданных гуманистическим идеалам. Покорители планет, усмирители диктаторов, спасители целых галактик. Стадо, вернувшееся в первобытное состояние. Даже мне-то, простому землянину, противно смотреть. Хочется посадить всех в клетку и отправить на Луну-6. А если за нами прямо в эту минуту наблюдают Бестелесые, пытавшиеся выйти на контакт? Повторят ли эти опередившие нас в развитии сверхсущества попытку сближения с корчащейся и кривляющейся биомассой? Опытные и хладнокровные мудрецы в один миг превратились в галдящих обезьян.

И всё из-за одного лишь техногенного сбоя. Не слишком ли мы доверились технике? Она помогла нам ускорить научный прогресс, но она же теперь тянет вспять. Или же этой технике кто-то настойчиво помогает? Использует её, как инструмент против нас, землян. Кто-то, кому с нами тесно в рамках Вселенной. В любом случае на то мы и «Нулевой парсек», чтобы бороться и побеждать там, где спасовали и превратились в космическую пыль все остальные.

– Отставить бардак! – заорал капрал.

Ему пришлось плеснуть Биологу водой на лицо, поймать брошенный Русланом шарик и буквально оттащить Штурмана от кровати Командора. После этого, встав в ряду между кроватями и ухватившись за спинки, Зенит издал жуткий рёв, рискуя сорвать голос, от которого у него самого зазвенело в ушах. Капралу даже показалось, что сейчас его поразит очередной приступ. Но обошлось.

В резко воцарившейся тишине он устало добрёл до своей кровати и присел на неё. Обитатели палаты тоже вернулись на свои койко-места и виновато поглядывали оттуда на Зенита.

– Значит, так, – из горла его вырвался хрип, и капрал закашлялся. – Пока Командору не вернули память, руководство отрядом я беру на себя.

– Вениамин Константинович тут главный, – с обидой в голосе возразил Руслан.

– Веня – возомнившая о себе железка, которую можно в любой момент перепрограммировать или выключить. И он не обидится. – Зенит бросил отобранный у брюнета шарик обратно владельцу.

Шарик от пинг-понга полетел совершенно не туда, куда задумывал капрал. Тем не менее Руслан с поразительной ловкостью подпрыгнул, поймал шарик и уселся на место.

– Другое дело – командор Дипер, – продолжил Зенит. – Он человек, у него есть чувства. А вы знаете, откуда у него эта шапочка?

Капрал остановил свой укоризненный взгляд на каждом. Кто-то отрицательно мотал головой, включая носителя шапочки. Кто-то просто опускал глаза.

– Во время страшного пожара на реакторе планеты Шагоран кто первым принял сигнал бедствия из Долины Атомного Плача? Кто бросился в бушующее пламя и потушил его, получив десять смертельных доз радиации?

– Кто? – спросил Штурман, испуганно озираясь.

– Командор Дипер. – Зенит указал на того рукой.

Павел начал было хихикает своим характерным тонким голоском, но под холодным взглядом капрала тут же осёкся.

– Эту именную шапочку ему торжественно вручил убер-губернатор Шагорана в память от благодарных жителей спасённой планеты.

Пациенты недоумённо глядели на Дипера, который уже успел нахлобучить свою легендарную шапочку обратно на макушку.