Бездна, полная звёзд полностью

Носком обуви я ворошил редкие упавшие листья идеальной формы и насыщенного жёлтого цвета и чувствовал себя, обманутым.

- А я - много. Идём, - отрезала она и решительно встала. Редкие капли тёплого дождя падали нам на плечи и лица. Очарование природы Эллиона для меня померкло навсегда.

***

Теперь, когда я осознал правду, мне хотелось покинуть Эллион, как можно скорее. Мысль о толще воды над головой приводила в состояние лёгкой паники. Знал бы заранее, оставил бы с лёгкостью прежнюю жизнь?

Ночью я не сомкнул глаз. Следовало дождаться решения начальства Евы, хотелось верить, что оно будет в мою пользу!

В панорамное окно заглядывал рассвет. Будет солнечный день - большая редкость осенью.

Прошло трое суток, с тех пор как я узнал о Куполе. Сколько не пытаюсь вглядываться в предрассветную дымку, а признаков искусственности не заметил. С мыслью об океане, накрывающем города, мне было не по себе, хотелось поскорее уехать. Казалось, вся толща воды над головой непременно прорвётся, и в слепой ярости раздавит, сотрёт творение людей, что бросили вызов создателю. Ева моих опасений не только не разделяла, но и посмеивалась над ними. Туземец, узревший вертолёт, и тот задавал бы меньше глупых вопросов. Однако, по-видимому, технические тонкости Купола волновали только меня, жителей Эллиона совсем не тревожила его прочность, казалось, для них немыслима сама вероятность подобной поломки. “Зачем беспокоиться о тех вещах, в которых не смыслишь?” – Ева лишь равнодушно пожимала плечами. Это и была сжатая психология Эллиона: каждый отвечает за один сектор работы и доверяет тому, кто отвечает за другой.

В комнату ворвалась Ева с радостной улыбкой. Я залюбовался красотой её крупных локонов, будто живших своей собственной жизнью, жарким румянцем во всю щёку, страстным блеском тёмных глаз. Приятно было видеть её настоящей, эмоциональной, живой. « Медея будущего», - подумал я.

Она расхаживала по комнате. Движения стали отрывистыми, резкими, угловатыми, как у подростка. Не типичное поведение эллионца, скорее Ева напоминала излишне нервного человека моей эпохи.

- Ты допущен к участию! – произнесла она наконец, но я уже и сам догадался. Однако, услышать подтверждение было, ох как, приятно. Вдвойне приятно было видеть радость на лице Евы, словно я и впрямь был ей не безразличен.

- Ммм.

- Это просто невероятный случай! Что такого ты сделал, чтобы принципиальная Дэниель Торкс разрешила продолжить? – девушка забылась и будто беседовала сама с собой. Я в ответ пожал плечами, но она на меня даже не смотрела. А глаза горели радостью – обжечься можно.

- Так, отъезд завтра. Всё усвоил? Пройдёмся ещё по команде?

- Да нет.

- Ты хоть рад? - Ева остановилась и посмотрела на меня с подозрением, будто я посмел оскорбить их божество своим равнодушием.

- Рад. Но я так и думал. Наверное, Иоанна умеет убеждать.

- Наверное. Они разговаривали наедине. Дорого бы я дала, чтобы там быть.

- Не боишься, что нас прослушивают? Вдруг повсюду скрытые видеокамеры?

Она непонимающе нахмурилась, скрестив руки на груди, а потом заговорила медленно и тихо:

- Это очень серьёзное обвинение. Никогда больше не говори подобного вслух, если у тебя нет весомых доказательств! Мы все доверяем друг другу. Каждый из нас работает по призванию, по велению сердца, по склнностям. Зачем кому-то следить за обычными гражданами, если мы делаем общее дело? Это наш единственный дом, другого не придвидется!

- Прости, я сказал глупость! Амнезия виновата.

- Иногда мне кажется, что ты вообще не от мира сего, - Ева так пристально посмотрела на меня, что на минуту показалось, будто она проверяет мою реакцию: не солгу ли, не выдам ли себя настоящего?

Я не хотел врать и правду сказать не мог, поэтому молчал. Неловкая пауза затянулась, тогда я и решился перевести разговор на другую тему.

- У меня есть вопрос по Оку, - сказал я наигранно бодрым голосом. Самому было ясно, что сфальшивил, но был уверен: Ева поддержит игру.

- Конечно. Давай.

- Николь Лантори? Ты упоминала, что Алик рассказал о ней кое-что любопытное. Что конкретно?

- Это слухи. Не лишённые основания, тем не менее. Ты меня понимаешь?

Ева посмотрела на меня так выразительно, будто я был обязан понять базовые вещи этого мира. Во мне копилось раздражение: я не терпел двусмысленности.

- Ты имеешь в виду, что для расследования важна любая мелочь?

- Ну, не совсем то, ну да ладно. Николь, по его словам, не просто влюблена в шефа. Это случается часто, когда мужчины и женщины долго находиться в закрытой системе. У них длительные отношения, - Ева выразительно замолчала. Я ждал объяснения и был в шаге от того, чтобы взорваться и нагрубить ей. Может так, она перенестанет говорить загадками?

- Они любовники? Ну, это интересно и важно, чтобы я не сболтнул при ней лишнего, - ответил я с плохо скрываемым раздражением.

- Это да. Но если всё правда, то это нарушение закона.

- Почему же им нельзя иметь отношений?

- Если между сотрудниками команды возникли отношения, и мужчина открыто не заявил о них, признав женщину своей семьёй, то он переводится на другую станцию.

- Почему?