Бездна, полная звёзд полностью

 —  Желаю вам приятного путешествия и скорейшего прибытия на станцию! Будьте полезны Эллиону настолько, насколько он полезен вам! – командир говорил всем и никому отдельно. Дежурная фраза отразилась от гулких стен.  —  Через сколько ждать вас обратно?

 —  Дня через два, а то и через три. Если бураны не застигнут, – буркнул Марк. Командир с достоинством, коротко кивнул и вышел. Мы остались одни. Было слышно гудение задраиваемых люков.

- Можно будет вздремнуть? – решился я спросить Марка. Не то чтобы я хотел спать, скорее мне было страшновато.

 —  Если хочешь – везде заснёшь.

 — Не переживай!  Кресло приводится в лежачее положение после отстыковки от субмарины, – пояснила Ева.

 —  На какой мы глубине? – меня интересовало всё и ничего. Я просто не желал думать о Поверхности.

 —  Около тысячи метров. Хорош болтать! – оборвал нас Марк.

Утешал я себя тем, что это не самое страшное событие из предстоящих мне. Таинственное Око приближалось! Пустошь ждала меня.

Глава 2

Системы кондиционирования работали хорошо: воздух был свежий, будто мы уже на Поверхности. Я молчаливо наблюдал за работой Марка на пульте. Становилось всё жарче.

Скинув куртки на кресла, мы заняли половину модуля. Я изрядно вспотел. Пирогенал разгонял кровь до лёгкого жара. Но ничего страшного не случилось: за сорок семь минут в молчании мы поднялись на поверхность. Каждый переживал этот момент по-своему.Меня охватило чувство лёгкости, будто я стал пушинкой, подброшенной дыханием великана вверх.

Поспать мне так не удалось: желание пропало, да и рычаг переключения не нашёл, а спросить было как-то неловко: не хотелось выглядеть жалким в глазах Евы.

Модуль легонько покачивался на волнах, моя эйфория достигла пика, и одновременно стала ясной и светлой голова. Через панорамное стекло было видать, как на зелёной скомканной бумаге моря возвышалась громадиной белая льдина причудливой формы. Мы встали, задрав головы, и застыли, затаив дыхание, словно на наших глазах произошло чудо, созданное Матерью Природой – реальным Богом, сначала ласковым и терпеливым, ныне же – карающим и беспощадным.

Теперь я понимал разницу между всегда ласковым и добрым климатом Эллиона и настоящей мощью природы Земли. Там, внизу уютно и тепло, как в отеческом доме, даже когда моросящие капли с Купола падают за шиворот - это ласковое, оптимальное по температуре прикосновение дождя. Солнце Эллиона даёт тепло, а звёзды освещают ночной город, такие простые и понятные, как на лубочной картинке.

На поверхности Океана сейчас было спокойно и торжественно. Тёмные, почти чёрные воды словно прятали до времени неведомую, страшную угрозу, вызывая тем самым животный страх, под которым каждый человек съёживался, казался себе ничтожным элементом, пылинкой на рукаве Океана.

Модуль покачивался на волнах под белоснежной аркой. Спрессованный снег, будто скалистая порода превратил глыбу в скалу. Солнечный свет заставлял прищуриться, чтобы разглядеть детали. Слева арка прорезала океан, деля его на две части. На правой стене огромное овальное окно было подобием смотровой площадки, взобравшись на которую, как на башню, можно было разглядеть то, что ждало нас за горизонтом. Идеальное царство вечного льда. Меня охватила внутренняя дрожь. Внутренний термометр модуля упрямо показывал на табло плюс двадцать три.

Ева подёрнула плечами, подняв ворот вязаного свитера, невольно сделала шаг по направлению ко мне. Хотелось схватить её в охапку, окутать теплом рук, прижаться к выгнутой спине и застыть, не отводя взора от ледяной глыбы и зелёного полупрозрачного океана.

 —  Если ещё будем стоять и пялиться вверх хотя бы минут пять, то попадём на Пустошь не ранее утра. Если ночью от холода не сдохнем,  —  бесцветным голосом оповестил Марк, разбив очарование момента.

 —  Делайте всё, чтобы Макс добрался невредимым,  —  Ева почти неестественно выпрямила спину и скрестила руки на груди.

 — Он-то доберётся. А нам ещё обратно, - бурчал Марк, садясь в кресло. Кнопки, тумблеры, рычаги под его ладонями послушно двигались, он напоминал ди-джея на дискотеке восьмидесятых.

Я восхищался его стойкостью и способностью плюнуть в лицо любым обстоятельствам, наши отношения улучшились, но друзьями мы так не стали, скорее соучастниками. Он по-прежнему кривил рот, когда Ева подчёркивала важность моей миссии. Временами Марка раздражали мои глупые вопросы. Однако, общая тайна смягчала наши разногласия и сделала совместное пребывание терпимым.

Остаток пути мы провели в креслах. Модуль плавно скользил, рассекая водную рябь. Через несколько минут нерукотворная ледяная глыба скрылась за линией горизонта, а смотреть просто на воду мне быстро наскучило. Закрыв глаза, я незаметно заснул и видел сны, в которых Ева то и дело манила меня, но стоило подойти ближе, ускользала из объятий, оставив после себя тонкий запах лилии Регале.

***

Я подпрыгивал вокруг снегохода, пытаясь согреться. Белая пустыня тянулась насколько хватало взгляда. Снег искрился под лучами сонного заходящего солнца. Мои наихудшие опасения оправдались: уютная машина не двигалась с места.