- Ирбет, Финира вчера рисовала, - негромко произнёс я, не сводя с неё взгляда – Я хотел бы, чтобы ты посмотрел на её работы. Может, поможешь ей?
- Да, конечно, - рассеянно отозвался художник, его кисть порхала по холсту, но я специально не смотрел, предпочитая потом насладиться уже готовой картиной. – Приноси…
Однако отправиться за рисунками Финиры я не успел – появилась экономка.
- Господин Аллард? – с почтением позвала Чали. – Прошу прощения, к вам посетительница.
Я подавил досадливый вздох. Да, бывали и такие, кто приходил сам, почему-то считая, что какого-то чувства у них слишком много и предлагая Карателям самим забрать, не дожидаясь указания из Собора. Крайне редко их просьбы всё же удовлетворяли, чаще всего, просители отправлялись обратно с вежливым, но отказом. Согласен, обычные люди тоже весьма странно себя ведут временами. Бросил взгляд на увлечённого Ирбета, отстранённую Финиру, и кивнул.
- Я скоро вернусь, - предупредил их и направился за Чали в общую приёмную.
Иногда всё же таким просителям приходилось помогать, если татуировка реагировала, конечно. Чувства далеко не всегда могли вовремя среагировать, всё-таки они не боги, они всего лишь воплощения, и за всем, что происходит в Феире, уследить не всегда получалось. Я дошёл до приёмной и при первом же взгляде на посетительницу понял, что работы на сегодня, как опасался, не предвидится. Дама была хорошо одета, в дорогих украшениях, ухоженная, смотрела на всё вокруг немного свысока, а в глазах сквозила надменность. Однако едва я появился на пороге приёмной, лицо женщины на глазах изменилось, на нём появилась заискивающая улыбка, посетительница поднялась со стула и сделала шаг ко мне.
- Господин Каратель, да? – уточнила она, немного нервным жестом заправив за ухо прядь волос. – Я к вам с просьбой, моему сыну нужна помощь, понимаете.
- Что с вашим сыном? – коротко спросил я.
Гостья взволнованно вздохнула и быстро заговорила:
- Он… влюбился, видите ли, но… та девушка, я думаю, эти чувства неестественны. Мой мальчик не отходит от неё ни на шаг, не слушает, что я ему говорю, - женщина с надеждой посмотрела на меня, ломая пальцы. – Она ему не пара, совсем, а он как помешался на ней! Я беспокоюсь за него, очень! Помогите ему, прошу вас!
Я склонил голову, окинув её взглядом, и спокойно ответил:
- Мы забираем только лишнее, госпожа, а раз никому из Карателей не пришло направление в ваш дом, значит, всё в порядке с чувствами вашего сына. Или отнимаем у людей способность чувствовать краски жизни, если они того не заслуживают, - прозрачно намекнул ей на вторую сторону наших обязанностей, далеко не такую приятную, как первая. – Я ничем не могу вам помочь, - твёрдо завершил разговор.
Она помялась, отведя глаза и подыскивая слова, но я не дал ей возможности продолжить уговоры.
- Всего хорошего, госпожа, - вежливо попрощался с ней. – Вас проводят до выхода, - очень вовремя появилась молчаливая Чали – наверняка ждала где-то рядом, пока я закончу встречу.
После чего я вышел из приёмной и поспешил обратно к Финире и Ирбету, решив сходить за рисунками позже. Уже подходя к садику, я понял, что что-то неладно: оттуда доносился слишком знакомый мне голос той, которой там не должно быть. А художник где?! Я свернул на дорожку, ускорил шаг, а в груди неприятно царапнуло предчувствие, что не успею…
- …Какое хорошенькое! А можно посмотреть? – это Шиарра, но я почему-то совсем не верю в её дружелюбный тон.
Более чем уверен, просила она зеркало Финиры. «Не давай!..» - крик застыл в горле, потому что я как раз вышел к скамейке, где сидела Бездушная и рядом с ней Ши. Я же запретил ей подходить к Нире, чтоб эту дуру влюблённую молнией приложило! Сейчас во мне не осталось ни капли жалости, а лишь одна злость. А Шиарра уже протянула руку к зеркалу, крепко зажатому в пальцах Финиры, ухватила его и потянула на себя.
- Ну покажи ближе, я не отниму! – увещевала Ши и вдруг сильно дёрнула на себя вещицу.
- Шиарра! – строго крикнул я, остановившись, и сразу произошло несколько событий.
Нира оглянулась на меня и на мгновение ослабила хватку, Ши вздрогнула и тоже повернулась в мою сторону, а зеркало, более ничем не удерживаемое, упало на мраморный пол, разлетевшись на сверкающие осколки. Наступившая звенящая тишина была почти осязаемой, лицо Финиры, если это было возможно, стало ещё более безжизненным, а глаза превратились в чёрные провалы из-за расширившихся зрачков. Шиарра тихо ойкнула и приложила ладонь к губам, но я сомневался, что ей в самом деле жалко разбитого зеркала. Она ведь вряд ли знала, что он значил для Ниры. А вот меня переполняла холодная ярость.
- Шиарра, пошла вон, - тихим, ровным голосом приказал я, сверля её взглядом.
Девушка снова вздрогнула, вскинула на меня полные мольбы глаза, в которых дрожала влага.
- Аллард… Я не специально… - прошептала она, но я не поддался.
- Вон, я сказал, и не попадайся мне, - повторил я и позабыл о ней, поспешив к Финире.
