Бездушный принц полностью

Еще одна длинная пауза. Мне начинает казаться, что я уже не дождусь ответа.

Наконец он отвечает:

– Это было не так.

Боже мой.

Я довольно консервативная девушка. Думала, я знаю, что люблю и чего не люблю.

Но, похоже, я только что открыла для себя кое-что новое.

Аида лежит в моих объятиях. Она до сих пор теплая и раскрасневшаяся, и я видел, как сильно она кончила. Я бы задумался о ее нынешнем состоянии, если бы не был так сильно сосредоточен на собственном откровении.

Я и раньше связывал женщин и грубо их трахал. Некоторые из них просили сами, с другими я просто экспериментировал. С иными заниматься сексом было так скучно, что хоть связывай, хоть нет, – они бы в любом случае лежали бревном.

Так или иначе, я словно исполнял некую повинность.

С Аидой же все совсем иначе.

Секс с ней – это всегда иначе.

Занятие любовью было для меня чем-то вроде физиологической потребности. Физический процесс, который мог быть хорош, плох или нейтрален.

Я и представить не мог, что он может вызывать чувства, захватывающие целиком – не только тело, но и сознание. Абсолютное, безумное физическое удовольствие – гораздо более сильное, чем все, к чему я привык.

Плюс психологический фактор. Аида необъяснимым образом привлекает меня. Словно все в ней запрограммировано так, чтобы сводить меня с ума. Миндалевидная форма ее дымчато-серых глаз. Невероятные изгибы ее тела. Ее нежная смуглая кожа. То, как сверкают ее зубы в широкой ухмылке. То, как она закусывает верхнюю губу, когда возбуждается или пытается не рассмеяться.

Интересно, чувствует ли Аида то же, что и я? Она любит страсть. Любит злиться, упрямиться, радоваться и делать назло. Единственное, чего она не любит, так это безэмоциональности.

К сожалению, это про меня. Я холодный. Сдержанный. Отказывающий себе в удовольствиях.

Но все меняется, когда я с ней. Тогда мои чувства обостряются до предела. Я чувствую, осязаю и вижу все гораздо интенсивнее – практически на пределе.

Меня пугает то, как я теряю контроль рядом с Аидой. За те несколько недель, что мы знакомы, я выходил из себя чаще, чем за все предыдущие годы.

Но я не хочу, чтобы это кончалось. Я не могу представить себе возвращение к тупому равнодушию. Аида – это путь в другой мир. И я хочу остаться в нем навсегда.

Боже, что я несу?

Раньше я и подумать не мог такое, не говоря уже о том, чтобы оформить фразами.

Как эта девчонка умудрилась настолько заполнить мои мысли? Она же совершенно чокнутая! Пыталась выстрелить в Джека! На моей кухне! Учуди она такое на мероприятии, я бы грандиозно обосрался. И я не удивлюсь, если учудит.

Мне нужно успокоиться и привести мысли в порядок.

Моя решимость длится примерно пять секунд, пока я не зарываюсь лицом в ее волосы и не вдыхаю ее невероятный аромат – запах солнечного света и морской соли, черного кофе, перца и легкой нотки медовой сладости. Я снова чувствую этот разряд, этот выброс адреналина, который отключает регуляторы каждого моего импульса.

Когда телефон Аиды звонит, я вздрагиваю от неожиданности.

Задремавшая у меня на плече Аида резко просыпается.

– Кто это? – бормочет она.

– Это твой телефон, – отвечаю я.

Аида нелепо скатывается с кровати. Она даже не пытается быть грациозной, сваливаясь с края матраса, как панда. Затем роется в поисках телефона и, наконец, находит его, будучи наполовину под кроватью.

– Данте? – говорит она, прижимая аппарат к уху.

Несколько секунд Аида слушает, хмуро сведя брови, как это всегда делает тот, с кем она говорит по телефону.

– Cavalo! – взрывается она – Sei serio? Che palle!

Раньше я не слышал, чтобы супруга произносила на итальянском больше пары слов. Интересно, общаются ли они так дома? Язык кажется ей родным.

У Аиды много скрытых талантов.

Я недооценил ее при встрече. Я думал, что моя будущая жена избалованная, юная, дикая, беспечная, необразованная, немотивированная.

Тем не менее она уже не раз показала, что разбирается в делах своего отца гораздо лучше, чем я предполагал. Она проницательна, наблюдательна и убедительна, если хочет этого. Умна и находчива. Она знает, как обращаться с оружием, и мой пульсирующий бицепс может это подтвердить. И она чертовски храбрая.

То, как высокомерно Аида смотрела на меня, когда бросила часы моего дедушки через перила… это был грязный ход, но на самом деле довольно умный.

Они с Себастианом были в меньшинстве. Если бы Аида вручила мне часы, скорее всего, я просто застрелил бы обоих и ушел прочь. Выкинув их в озеро, она вынудила меня действовать импульсивно. Создала хаос и разделила своих противников.

Аида может быть опрометчивой и вспыльчивой, но она не поддается панике. Даже сейчас, беседуя с братом по телефону, она сохраняет спокойствие, хотя что-то явно идет не так. Получая информацию, она реагирует быстро и четко.

– Capisco. Si. Sarò lì presto.

Супруга кладет трубку и оборачивается ко мне.

В рассеянном свете, проникающем сквозь ставни, она сияет как бронзовая богиня, не замечая того, что полностью обнажена.