Существо, словно пламенный шар, несется прямо на меня. Неотвратимый, смертельно опасный, огромный, невероятно мощный сгусток энергии — такой вкусный!
Последняя мысль заполняет все мое сознание. Нас разделяет уже пять метров, когда мой красный дракон — голод, бросается в его сторону, стараясь вытянуться как можно дальше за пределы моей ауры. Четыре метра, три, два — алая лента чистого, необузданного голода. Желание пожирать все, что только возможно, впивается в огромный багровый шар. В тот же момент я ощущаю, как по ней, словно по высоковольтному кабелю, в меня начинает вливаться энергия. Невероятная, чужая, но такая питательная сила, она растекается по моему телу, изгоняя из него боль, помогая еще быстрее восстанавливаться, заставляя действовать. Мои глаза открываются сами собой.
Противник приближается ко мне, нас разделяет всего метр. Его рука-меч занесена для удара, его хвост готов подсечь мне ноги. Но сейчас он стал таким медленным. Или я еще больше ускорился? Непонятно, впрочем, пока это и неважно.
Я уклоняюсь от обеих атак врага и наношу удар, при этом, продолжая высасывать из него энергию. Как и ожидалось, удар лишь слегка его отбрасывает, но все же заставляет замешкаться. Впрочем, он тут же делает рассекающее движение и с клинка срывается черная полоса. Сам не понимаю, каким чудом успеваю от нее уклониться. За моей спиной образовывается метровая борозда глубиной сантиметров двадцать.
— Нифига себе.
Одновременно удивляясь произошедшему, я не теряю времени даром и тут же контратакую. Очевидно, мне не победить его простыми ударами. Даже сейчас, когда он ослаблен, а я снова на пике силы. Его броня слишком прочная, да и регенерация, похоже, на высоте. Но, кажется, есть другой вариант. Уклоняясь от атак мечом, лапы и хвоста, я резко приближаюсь к нему и бью со всей силы, метя в обломанное древко копья. Удар проходит точно, хотя я лишь чудом не получаю кинжалом, растущим из локтя противника.
Мой удар заставляет обломок, словно снаряд, пронестись по телу врага и удариться о его броню изнутри.
Мгновение и поток энергии, идущий от чудища, начинает ослабевать, но я не собираюсь упускать такую вкуснятину. Эта энергия дарит мне ощущение сытости — практически незнакомое для меня чувство, что сейчас кажется прекраснее почти всего, что я когда-либо испытывал. Как жаль, что оно такое недолговечное.
Нужно высосать все, до чего еще могу дотянуться. Одновременно направляя силу в руки, я хватаю руку-меч врага и, прикладывая все силы, на какие способен, отрываю ее. Затем, перехватив ее поудобнее, отсекаю у самого основания хвост и вторую руку с кинжалом на локте. Затем срубаю голову существу и вырвав кусок мяса, несусь к другому чудищу.
Паукоподобный еще жив, но, видимо, шансов у него нет и без моей помощи. Одним ударом меча я прерываю его страдания, подхватываю одну из отрубленных лап и тут же впиваюсь в нее зубами.
На таймере последние секунды. Я не успею добежать до пещеры, а значит, у меня остается лишь один вариант — остаться тут и молиться, чтоб пока я валяюсь в отключке, меня никто не сожрал. Не раздумывая долго, я ныряю под туловище Красного, прикрываясь его отрубленными лапами.
Либо я приду в себя до того, как нас обнаружат монстры, либо я уже не проснусь. Что ж, надеюсь, повезет. Я успеваю сделать глубокий вдох и таймер «Неистовства» обнуляется.
— Гррааааа!!!
Волна боли скручивает мое тело и через мгновение вышвыривает сознание в царство абсолютного мрака…
— Вел, а ты стал намного сильнее… Так быстр… Сегодня ты меня удивил.
Ночь, я стою посреди огромного ухоженного сада. Вокруг множество фруктовых деревьев — яблони, груши, вишни, абрикосы, сливы, кажется, даже апельсины. Не меньше тут и аккуратно подстриженных кустов, густо усыпанных ягодами малины, смородины и ежевики. Под ногами мягко пружинит густая зеленая трава. Она устилает все свободное от более крупных растений пространство сплошным зеленым ковром.
Несколько фонарей освещают пространство вокруг, разгоняя густую, но совсем нестрашную темноту. Кое-где под фонарями расположились удобные лавочки, кажущиеся почти игрушечными.
В этом саду царит покой и умиротворение. Я не чувствую никакой опасности, скорее наоборот, на душе так хорошо. Как будто я дома, будто уже не раз бывал тут и вернулся после долгого отсутствия в место, которое люблю. Осмотревшись, я замечаю говорившую со мной — маленькую девочку. Она кружится в танце всего в десятке метров от меня. Миниатюрная, белокурая, с чуть бледноватой кожей, она выглядит хрупкой, словно фарфоровая кукла. На девочке надето странное платье и шляпка, такие, кажется, носили в конце 19-го и самом начале 20-го века.
