Ладно бы копии обычный саяджинов, но копии Гоку? Это может быть крайне опасно. Гоку один из самых необычных саяджинов за всю историю ДБЗ. Его главная необычной заключалась не во взрывной силе как Броли и не в таланте, как у Веджиты. Он даже не славился такой взрывной эволюцией, как его сын Гохан. Тем не менее, Гоку был страшен тем, что умел превосходить любого противника в сражении с ним и ломать любые лимиты. Иначе говоря, Гоку был способен эволюционировать настолько, чтобы превзойти любого.
Не знаю, как объяснял это способность автор, но эта способность лютая имба. Безграничное развитие в буквальном смысле делало из Гоку непобедимого воина. Но оно и не удивительно, ведь легенда про Легендарного Суперсаяджина была именно про него. А Легенда гласила вот что: «В будущем появится непобедимый Легендарный Супер Саяджин, который будет побеждать любого, кто встанет на его пути», или чет типа того.
Иначе говоря, я обладаю всеми способностями и особенностями этого человека. Знать бы только насколько высокая у нас синхронизация, чтобы понимать весь свой потенциал. Но гребанная «Помощница» не позволяет мне увидеть нашу совместимость. Хоть убей, падлу.
– Крови ведь не будет достаточно, чтобы сделать моего клона?
– Хех… ты сейчас серьезно?
– Ну ты же видел комиксы про Супермена? У Лютора получилось.
– Хм… не уверен, что это возможность только с помощью одной крови, но… разве Лютор не использовал больше генетического материала для создания клона Кларка?
– Это ты мне лучше скажи, я не настолько гик и гений как ты.
– Э… разве я так крут?
– Ну да.
Питер неверяще выгибает бровь.
– Ладно короче, я доверяю тебе. Но убедись, что мой генетический материл не попадет в чужие руки.
– Мы можем сделать это у меня в комнате, – Питер кидает палец себе за спину, – ты будешь наблюдать и если хочешь, сам все уничтожишь.
– А погнали.
Я перемещаю нас обратно к дом Пита, и мы спокойно минуем дядюшку Бена, который даже не успевает вставить слово. Так вот он какой, этот Бен… старый и… почти такой же как в фильме.
Забегаем в гиковскую комнату Паркера, где все через задницу, одежда раскидана, полка с комиксами и книгами забита по самые стопки, и мы останавливаемся у стола. Тут много различных научных принадлежностей, включая микроскоп.
– И где ты столько вещей понабрал?
– Когда-то я работал лаборантом. Ну, или помощником. Местный профессор позволил мне взять себе что я хочу, когда лаборатория закрылась.
– Крутяк.
– Ага. Давай начнем.
Сначала Пит берет свой образец крови и начинает наблюдение. Делает пару тестов и рассказывает мне, что действительно в его крови происходит полный пиздец, хоть и не совсем понятно как и почему.
Дальше залетаю я, отдавая кровь на проверку. Приходится самостоятельно делать дырку, т.к своими силами Паркер не справляется.
– Ну и крепкая же у тебя кожа… Это все из-за того, что ты саяджин?
– Честно говоря, не совсем понимаю, как это работает. Но в целом, да.
Питер кладет кровь под микроскоп и начинает проверку.
– Хм…
– Ну что там?
– Сложно сказать, кроме того, что ты не человек уж точно.
– Ну спасибо.
– На самом деле это комплимент! Твоя кровь чем-то похожа на человеческую, но отличается буквально во всем. Вот, взгляни, это невероятно!
После проверки мы болтаем на разные темы и приходим к выводу, что Пит обнаруживает следы мутации и в моей крови.
– Их сложно отличить, потому что мутация затронула тебя намного слабее, чем меня. Но я думаю, что теперь ты тоже можешь обладать какими-нибудь странными изменениями. Вопрос только в том, какими именно, ведь твое строение тела значительно отличается от моего.
– Хм…
Ну патину я не пускаю, мы уже пробовали. К стенам липнуть не липну.
– Слушай, а может попробуешь запульнуть в меня паутину. Я ослаблю свой защиту и полностью расслаблюсь.
– Ты уверен?
– Да, может быть, у меня есть чутье или типа того.
Так мы и делаем. Пит выпускает паутину, которая прилетает в окно…
– Извини, я ещё не научился контролировать это.
– Ничего страшного.
Пит кивает, и я закрываю глаза.
Ещё пара косых выстрелов, и он попадает точно в меня, вот только даже расслабленное; мое тело уходит в бок. Паутина врезается в стену со шлепком, и конец.
– Крутяк! Ты сделал это!
– Да… но я не почувствовал никакого предчувствия. Точнее, почувствовал опасность и уклонился на рефлексах, но это не так, как у тебя.
– У меня что-то вроде удара в висок. Я всем телом чувствую опасность и тело рефлекторно уходит от опасности, будто без участия мозга. Я думаю, это что-то вроде инстинкта.
Я киваю.
– Даже если бы ты был одурманен, твои рефлексы скорей всего позволили бы тебе уклониться.
– Не уверен, но думаю что-то похожее на то, – говорит Пит, – у тебя разве не так же?
– Нет. Я ощущаю это как уверенное уклонение на кончиках ощущений. Все мои чувства обострены до предела. Я могу уклониться, даже будучи расслабленным. Или даже не так…
– Будучи расслабленным тебе уклониться ещё проще?
– В точку.
– В общем-то, у меня есть идея!
Пит бросается в кучи своих бумаг, где находит теории исследований. Тыкает в одну из них, со стариком, чья фамилия Голберт.
