К 1830 году «тифлисский центр» уже был похож на что-то серьезное, во всяком случае, заговорщиков насчитывалось много десятков, а работу они вели по всем правилам тогдашней конспирации. Правда, согласно духу времени, в несколько опереточных формах (маски, кинжалы, тайные обряды), но (спасибо польским товарищам, кое-чему обучили) довольно эффективно, по крайней мере устав («Акт сознательного действия») был ничем не хуже польских аналогов. Программа, впрочем, тоже была скопирована с черновиков, написанных в Варшаве. Пункт первый (естественно, «Грузия для грузин») возражений не вызывал ни у кого. Дальше начинались разногласия вплоть до дуэлей. Большинство завсегдатаев приходили просто поболтать о высоких материях, помечтать о том, как будет все хорошо «лет через сто, когда созреют условия»; однако устраивать шоу со стрельбой и сами не хотели, и друзей отговаривали, объясняя, что даже если каким-то чудом что-то получится, хотя крайне маловероятно, так ведь соседи тут же съедят, а пока русские в Грузии, не съедят ни в коем случае. Кое-кто шел в мечтаниях дальше, рассуждая, что независимость таки не ко времени, зато восстановить автономию было бы в самый раз, и прикидывая, как бы получше убедить в идеальности такого варианта Государя и правительство. Были, естественно, и «бешеные», всерьез полагавшие, что следует начинать без рассуждений, а там все само собой пойдет очень хорошо, в крайнем же случае, Бог поможет. А также, понятно, Англия с Францией (по просьбе поляков). Ну и горцев привлечь планировали, не без того. Ругались и по поводу «что потом?». Царевичи и бывшие «местные цари», естественно, желали, чтобы все было как когда-то, но на их пожелания особого внимания не обращали; малочисленных «республиканцев» (что бы под этим ни подразумевалось) вообще не слушали. Сошлись, как истые «европейцы», на конституционной монархии. Да не простой, а (все как в Англии!) с двухпалатным парламентом – в верхней палате наследственный царь и «владетельные», в нижней – выборные от дворян и (возможно, но не факт) купцы; выбрали даже состав кабинета министров. Разумеется, грядущее царство виделось в границах всей «российской» Грузии, включая Имерети (хотя имеретинских дворян в кружке заговорщиков, кажется, не было ни одного), а если повезет, то и пару-тройку бывших ханств с армянским населением.
В какой-то момент досужие разговоры перешли тот рубеж, за которым хотя действие еще не началось, но что-то обязательно случится, потому что в глазах корешей никак не хочется выглядеть пустоболтом. К концу 1830 года договорились уже и о вещах вполне практических. Согласно плану, «владетельные» и просто князья должны были в условленное время привести в город как можно больше своих крепостных (пойдут ли крестьяне, никого не волновало, само собой подразумевалось, что раз князь прикажет, они и пойдут), окружить казармы полка грузинских гренадер и заставить их перейти на свою сторону. Вслед за тем занять арсенал и крепость, захватить ключевые города, разоружить немногочисленные российские войска и позвать на помощь англичан или французов, а на худой конец, даже персов. Однако полякам, поднявшим таки мятеж в ноябре 1830 года и, судя по сохранившейся переписке, очень на такое развитие событий рассчитывавшим, не обломилось. То ли что-то не срослось, то ли их сиятельства не слишком верили в своих крестьян и сговорчивость гренадер, но на очередной сходке было решено обождать и посмотреть, куда кривая польских друзей вынесет, а уж если они от царских войск отобьются или (еще лучше) «Антанта» вмешается, тогда уж, конечно, всенепременно восставать.
