– Ничего странного в общении с Маркусом вы не заметили?
– Я не знаю… Помню всё как во сне. Я вообще не понимаю, как так вышло. В смысле… Я не сплю с первыми встречными! – Ира позволила себе спрятать пальцы в своих волосах, опершись на колени.
– Вы не обязаны за это оправдываться. Я об этом не спрашиваю.
– Просто тогда я будто влюбилась без памяти, но сейчас я понимаю, что это очень странно. Я влюбляюсь за три года, мои объекты уже успевают жениться за это время! Да у меня даже курортных романов никогда не было!
– Стечение обстоятельств. Вас пытались убить, вы чудом сбежали. Развилось что-то вроде Стокгольмского синдрома, если хотите мнение.
Это не успокоило Иру, а напротив, расстроило.
– Так или иначе, ваша… привязанность сыграла вам на руку, – сказал Егор. – По моей информации, Маркус Уайт планировал выведать, не работаете ли вы, например, на русских, а потом сдать вас похитителям на следующий день. То есть обратно. Но потом он неожиданно передумал.
Ира вспомнила, что именно притягивало её в нём. Она любила именно таких мужчин, они притягивали её потому, что она умела их смягчать. И знала, что такая нежность им нужна и нравится. Сейчас, задним числом, она поняла, что это очень было похоже на трюк подсознания, когда единственным спасением было незнание. Но этого уж точно не стоило говорить Егору.
– Взамен за ваш рассказ хочу рассказать, что удалось узнать мне. Татуировка у Деда на шее не появилась. А этого адреса, – он достал из пиджака сложенный лист бумаги и положил на стол между ними, – не существует. То есть никакого «Джиголо» рядом с клубом Марка и вообще в Нью-Йорке нет. Яна допрашивали в другом месте. И… – спецагент замялся, но посмотрел ей в глаза. Ира отвела взгляд, слушая с заторможенным вниманием, – он пропал после допроса. О нём ничего не слышно. На ваше письмо не было ответа? На то, где вы предлагаете согласиться на все их условия.
– Нет.
– Тогда я вынужден предположить худшее. От него давно избавились. Что он выжил и всё остальное – вам приснилось.
Ира промолчала, Егор не стал продолжать. Какое-то время они молчали, потом Ира довольно спокойно сказала:
– Это не меняет моего отношения к делу. Я по-прежнему готова помогать вам. Буду делать всё, что нужно. Но я не понимаю, почему меня не наказывают за убийство человека.
– Какого человека? – не понял Егор, чуть склонив голову набок.
– Ну как? – Ира потёрла бровь. – После того как я влезла в окно помещения на этаж выше того, где меня держали, меня схватили сзади, и я швырнула через себя. Он упал на какую-то железку… Об этом случае писали в нью-йоркской газете… Это случайность, но я всё равно виновата.
Егор вывел из спящего режима свой компьютер и какое-то время что-то в нём искал. Затем развернул к ней экран ноутбука.
– Это он?
– Да.
– Он жив. Олег Зайцев, русский. До сих пор работает на банду Марка, если его не уволили за ваш побег. Не знаю, мне он не интересен. Вы его не убивали.
Ира растерялась.
– Но Марк сказал мне, что…
– Вы всё ещё верите информации, которой пичкал вас Маркус Уайт? – довольно резко спросил Егор.
– Уже нет, – пробормотала Ира.
– Марк – правая рука Иосифа. Поэтому он тоже имеет прямое отношение к происходящему.
– Я знаю.
– И что вы о нём думаете сейчас? Именно его люди схватили и допрашивали вашего друга.
– Нас больше ничего не связывает. Он ясно показал свой выбор, – сухо сказала Ира.
– Если вы встретите его – выстрелите?
Девушка растерянно посмотрела на Егора.
– Я не убиваю людей. Марк – сволочь, но я не буду убивать его за это. Также я не смогу выстрелить в Деда и вообще в человека.
Егор внимательно посмотрел на неё и прикрыл глаза, потом кивнул.
– Так получается, что я… всё это выдумала? – Ира взяла в руки смятый лист бумаги и расправила. Хотя в этом не было нужды – схема до сих пор стояла перед глазами.
– Похоже, что да. Вы захотели, чтобы ваш друг был жив, и поэтому вам приснился соответствующий сон. Такое бывает.
– И новой татуировки у Деда нет?
– Нет.
– А Карл? Он его друг?
– Вообще-то, Карлос Дивейро – это администратор клуба. Но мои люди докладывают мне, что Марк не особо с ним дружит. Все знают, что у Маркуса нет друзей. А с Карлом он разговаривает довольно резко, так что… Может, вы мельком слышали это имя, а остальное тоже додумали? – предположил Егор.
– Да. Карл однажды позвонил ему. То есть в день перед моим… отъездом ему звонил человек, которого он назвал этим именем.
– Вот видите, это лишь работа вашего подсознания.
– Значит, никакого дара у меня нет… Я была уверена, что есть.
– Ну, вы так горячо убеждали, что даже я поверил и стал проверять.
Ира подняла на него потерянный взгляд. Егор не выдержал и потушил улыбку. Потом закрыл папку.
– Вот что, вам нужно отдохнуть. Идите домой. Если понадобитесь, я вам позвоню. И разберитесь со старой работой в ближайшее время.
– Хорошо.
Ира поднялась и вышла. Где находился выход, она уже знала, на вахте её должны были выпустить без проблем. Переводчица здесь была почти своей.
