– Когда мы брали её на последнее задание, были подробные анализы крови и всего прочего. Её даже заставили пересдавать. Можешь ознакомиться.
Марк усмехнулся, глядя на папку, которую Егор подвинул ближе к нему по столу, но даже не притронулся к ней. Напротив, отодвинулся подальше, опираясь на спинку стула, будто брезговал.
– Русская разведка берёт на опасную работу беременных необученных девушек. Я был о вас лучшего мнения, ребята.
– Она сама умоляла меня помочь ей. Когда твои люди взяли в плен Колесникова и избили его. Обещала сделать всё, что ей поручат.
– Рад за ваше успешное предприятие, – прохладно произнёс пленник.
Егор скрипнул зубами. Переводчик тактично перевёл, но в оригинале звучала более хамская формулировка.
– Будет очень грустно, если с Ирой что-то случится. Или с её здоровьем, – вздохнув, пояснил разведчик, глядя на Марка.
Наблюдавшие за ними за толстым стеклом коллеги переглянулись. Оба они хорошо знали Егора, но даже они не могли уследить за ходом его мыслей.
– Кто кого берёт на понт? – спросил первый.
– Я не знаю, – пробормотал второй.
– Егор же не будет убирать её?
– Откуда я знаю?! Помолчи.
Марк рассмеялся – громко и открыто, так, что Егор поморщился, подозревая свою ошибку.
– Как ты правильно сказал, я умею обращаться с девочками и решать проблемы, связанные с ними, – он подался вперёд и опёрся локтем о стол. – Неужели ты думаешь, что меня беспокоит одна, которая от меня залетела? Это нелепо.
Егор не мог поверить своим глазам.
– Ладно, – он поднялся.
– Куда меня сейчас?
– Тебя? Допрашивать бесполезно, ты же сам сказал. Пользы от тебя никакой.
– Что будет с Ирой?
– Просто вызовем её, – рассеянно сказал Егор и убрал свои сигареты с зажигалкой в карман. – Она никогда не спрашивает, зачем её зовут. Всегда появляется. Очень исполнительная. Уведите его.
Егор отвернулся, направился к двери и уже взялся было за ручку…
– Нет, не надо! Постой!
Единственными, кто правильно среагировал, были охранники, которые упредили рывок пленника в сторону Егора, прижав его к столу. Переводчик запнулся, отшатнувшись: сбитый с толку бурной реакцией, он не смог перевести простейшие фразы. Но перевод был не нужен, потому что Егор отлично знал английский. Разведчик медленно повернулся и посмотрел на Марка. Из глаз его исчезло всё – насмешка, презрение, легкомыслие. Стало заметно, с каким трудом ему удавалось сохранять самообладание. Успешно, даже Егор поверил.
– Я всё сделаю. Не трогайте её, – сдержанно сказал Марк. Сейчас он выглядел уязвлённым и измотанным.
Егор молчал. На его лице вместо ожидаемого торжества Марк увидел выражение усталости и осуждения.
– Гут, – и обратился к тюремщикам: – Уберите его пока в камеру. С глаз моих.
***
Ян открыл дверь и неловко шагнул в прихожую, прислушался.
– Ирка? Эй, Ир! У тебя дверь открыта! – крикнул он. Крик у него всегда походил на вопль, так что его наверняка слышали даже соседи. Услышала и Ира.
– Да, закрой там её.
Ян покачал головой и запер за собой входную дверь.
– Извини, что без предупреждения, – он прошёл по коридору, в задумчивости подбрасывая на ладони ключи от своего гаража: если Ира не сможет принять его, он вернётся на окраину и будет думать что-то на тему отопления в гараже, но в таком случае эту ночь придётся помёрзнуть. Лучше всего, если получится заполучить для мыслей об отоплении тёплое место.
– У тебя что-то случилось? – Ира подняла на него бледное лицо.
– Да с отцом поругался… Можно у тебя переночевать? Как бы странно это ни звучало.
– Да вообще хоть оставайся, – Ира была какая-то изнеможённая, точно недавно посмотрела новый фильм по Стивену Кингу и до сих пор была под впечатлением. На столе рядом с ней стоял стакан с остывшим какао, подёрнувшимся плёнкой.
Он хотел спросить, что с ней, но увидел на разделочном столе полоску, подошёл и взял в руки. Хмыкнул, покосившись на упаковку, которая валялась там же.
– Поздравляю?
– Не издевайся, – деревянным голосом ответила Ира.
– А что такое? В твоём возрасте как раз надо подумать о ребёнке. Ещё немного – и будет поздновато… Погоди, так ты в этом положении уже не первый месяц?
– Я не хочу ребёнка.
– Не ерунди. Ты справишься.
– Я не об этом. Это же его ребёнок! – не в силах сидеть, Ира вскочила и стала мерить шагами кухню.
– Маркуса?
– Больше не от кого!
Ян только сейчас заметил, что до сих пор держит полоску с двумя линиями и аккуратно положил её на место.
– А ты ему говорила?
– Нет. Чего не хватало! Он их ненавидит. Мы даже говорили на эту тему, ещё в Нью-Йорке.
– Тогда не сообщай ему, вот и всё.
Ира, кажется, его не услышала.
– Я не буду рожать. Сделаю аборт.
Ян скривился от досады.
– Ир, да ребёнок тут при чём?
– Вдруг он будет, как отец?! Марк убивал людей! Он при мне заживо разделал мафиози, который не хотел меня отпускать. Он стреляет в людей, и рука у него не дрожит. А сколько женщин из-за него пострадало, я боюсь предположить… Нет.
– Ирка, да ты лучше меня знаешь, просто надо правильно воспитывать ребёнка. Что за ерунда?! – возмутился Ян.
– Марк – убийца.
