– Что? Вообще-то, я уже пообещала Хьюберту. – Увидев выражение его лица, она опомнилась и добавила голосу нотку негодования: – Когда я заходила во двор, ты куда-то убегал с Маргарет Торренс.
– Неправда. Я за кольцом ходил.
– Нет, правда! Я вас видела!
Она перевела взгляд на Хьюберта Блэра. Тот снова надел ролики и теперь совершал ритмичные подскоки и вращения, словно шаман африканского племени, неспешно вводящий в транс своих соплеменников. Бэзил еще что-то объяснял и доказывал, но Имоджен повернулась, чтобы уйти. Он беспомощно поплелся за ней. Из темноты ребят уже звали по домам; со всех сторон слышались неохотные ответы:
– Уже иду, мам!
– Сейчас, мама!
– Мама, можно еще пять минут?
– Мне надо бежать! – вскрикнула Имоджен. – Уже почти девять.
Помахав рукой и рассеянно улыбнувшись Бэзилу, она пошла по улице. Хьюберт так и вился вокруг нее, выписывая замысловатые коленца.
До Бэзила не сразу дошло, что к нему обращается другая юная леди.
– Что-что? – рассеянно переспросил он.
– Хьюберт Блэр – самый классный мальчик в городе, а ты – надутый индюк, – с глубокой убежденностью повторила Маргарет Торренс.
Он воззрился на нее со страдальческим изумлением. Маргарет наморщила носик и понесла свою персону через дорогу, на строгий родительский зов. Пока Бэзил тупо таращился ей вслед, а потом смотрел, как исчезают за углом силуэты Имоджен и Хьюберта, в раскаленном небе раздался глухой раскат грома, и минуту спустя первая капля дождя, пробившись через освещенную фонарем листву, плюхнулась рядом с ним на тротуар. Этому дню суждено было закончиться ливнем.
Дождь обрушился стеной, и Бэзил промок до нитки, пока мчался до своего дома ни много ни мало восемь кварталов. Но перемена погоды отозвалась у него в его сердце, и он, мчась вприпрыжку, глотал дождь и вопил: «Йо-о-о!» – как будто сроднился с яростным неистовством тьмы. Имоджен была сметена, смыта, как дневная пыль с мостовой. Ее красота снова напомнит ему о себе при тихой погоде, но сейчас, в грозу, он был наедине с собой. Внутри вскипало ощущение необычайного могущества, его бы даже не удивило, оторвись он сейчас от земли после очередного безумного прыжка. Одинокий волк, непостижимый и дикий; ночной скиталец, демонический и свободный. Только когда он добрался до дому, его чувства стали оборачиваться – рассудочно и почти бесстрастно – против Хьюберта Блэра.
Переодевшись в пижаму и халат, Бэзил спустился в кухню, где обнаружил свежевыпеченный шоколадный торт. Он умял добрую четверть и выдул почти целую бутылку молока. Эмоции слегка улеглись, и он набрал номер Рипли Бакнера.
– У меня есть план, – заявил он.
– Насчет чего?
– Как проучить X. Б. силами С. К.
Рипли мгновенно понял, что к чему. В тот вечер Хьюберт был так неблагоразумен, что оттянул на себя внимание не только мисс Биссел, но и других девочек.
– Придется взять на дело Билла Кампфа, – сказал Бэзил.
– А чего, нормально.
– Увидимся завтра на переменке… Спокойной ночи!
Прошло четыре дня; мистер и миссис Джордж П. Блэр заканчивали ужин, и тут Хьюберта позвали к телефону. Воспользовавшись его отсутствием, миссис Блэр поделилась с мужем мыслями, которые весь день не давали ей покоя.
– Джордж, эти мальчишки – а может, кто еще – вчера вечером приходили снова.
Он нахмурился:
– Ты их видела?
– Хильда видела. Она почти изловила одного из них. Видишь ли, я рассказала ей о записке, которую они подбросили во вторник, – «Первое предупреждение, С. К.», – поэтому она была настороже. На этот раз они позвонили в дверь черного хода, и Хильда сразу открыла – она как раз мыла посуду. Если бы не мыльные руки, она бы точно его поймала, а так схватила, когда он вручал ей записку, но руки были скользкие, и он вывернулся.
– Как он выглядел?
– Она сказала, что это мог быть карлик, но, по ее мнению, это был загримированный мальчишка. Выскользнул совсем по-мальчишески, и ей показалось, что на нем были короткие брюки. Новая записка похожа на первую: «Второе предупреждение, С. К.».
– Если она у тебя, я после ужина взгляну.
Поговорив по телефону, Хьюберт вернулся обратно.
– Звонила Имоджен Биссел, – сообщил он. – Приглашает меня в гости. Сегодня у нее собирается компания.
– Хьюберт, – обратился к нему отец, – ты знаешь какого-нибудь мальчика с инициалами С. К.?
– Нет, сэр.
– Ты хорошо подумал?
– Ну конечно. У меня был знакомый парень – Сэм Кроу, но я его уже год не видел.
– Кто он такой?
– Хулиганистый парень. Мы с ним в сорок четвертой школе вместе учились.
– У него был на тебя зуб?
– Вряд ли.
– Как ты думаешь, кто может заниматься такими пакостями? Припомни, возможно, у кого-нибудь все же есть на тебя зуб?
– Не знаю, папа, вряд ли.
– Не нравятся мне такие дела, – задумчиво протянул мистер Блэр. – Допускаю, что это просто детские шалости, но ведь может оказаться…
Он не договорил. А позднее внимательно изучил записку. Красные чернила, в углу – череп и кости, но текст написан печатными буквами, а это ничего не проясняло.
