Через пару часов я был все еще на взводе, но желание избить кого-то заметно уменьшилось, не смотря на гнев бурлящий, внутри. Я не стал пить таблетки! Они все меньше и меньше мне помогают, возможно, я к ним привык. А может, моя злость возрастает и уже неподвластна контролю пилюль! Я не знаю, что с этим всем делать!
Сел за стол, откинув голову на спинку сидения, с силой сдавив ручки кресла, и включил нежную музыку, чтобы расслабиться.
- Это правда? – в мое сознание врезался встревоженный голос.
- Да!
Я посмотрел в испуганные глаза Сирены. Она прошла и села в мое кресло, нервно потирая руки. Девушка испугана появлением тени Джека в ее жизни снова, хоть это и не он лично! В груди зародилось страстное желание обнять ее. Утешить. Защитить! Но вспомнив вчерашнюю ночь, я подавил это желание.
- Он не оставит меня в покое. Никогда, – отчаянно пробормотала она, опустив голову. Длинные волосы укрыли ее лицо от меня, и мне стало больно.
- Все в порядке. Здесь ты в безопасности.
Она выпустила нервный смешок, подняв глаза.
- А когда ты отправишь меня назад? Что тогда?
На мгновение я заколебался.
- Не отправлю!
Она заморгала.
- Оставайся здесь! Навсегда! Ты не будешь под стражей, не будешь моей пленницей! Просто новым членом нашего скромного общества!
Ее глаза, кажется, выпадут с орбит. Я и сам чувствую собственный пульс.
- Ты… ты серьезно? – робко спросила девушка.
- Да! – твердо ответил я, поднимаясь и направляясь к ней. – Ты будешь свободна! Ходить, где захочешь, говорить, с кем захочешь, делать…
- Что захочу…
- Да!
Я кривовато улыбнулся ей. Она поднялась, ошеломленная моим предложением, заметно нервничая.
- Мне нужно подумать…
- Нет! Решай сейчас! Да или нет, малышка? Либо здесь со мной! Либо в Глобале с Джеком! Думай скорее, второго шанса я тебе не дам.
Она смотрит на меня, как на рождественского Санту, не веря. Черные прекрасные глаза блестят от сдерживаемых слез. Я подошел ближе к ней, желая утешить, взял ее за руку.
- Да!
Я услышал ее тихое ДА! И с моей груди спал огромный камень. Только сейчас я осознал, как боялся услышать ее ответ. Лицо Сирены озарилось улыбкой, когда я и сам понял, что улыбаюсь.
- Прямо сейчас прикажу обеспечить тебя всем необходимым и избавлюсь от твоей охраны!
- Насчет последнего! – она подняла свой тоненький пальчик, останавливая поток моих слов.
- Ты хочешь их оставить?
- Видишь ли, в дверном проеме нет дверей! А с ними я чувствую себя спокойнее!
- Сирена! – я накрутил на палец прядь ее волос. – Это мой город! Даже если ты захочешь голышом отдохнуть на площади, к тебе никто и пальцем не притронется!
Я пристально всмотрелся в ее глаза.
- Кроме меня, конечно!
Она усмехнулась и опустила голову. Я поднял ее за подбородок.
- Веришь мне? – спросил я.
Она посмотрела на меня беззащитными глазами, полными чувства, которого я раньше не видел.
- Да! Да! Я верю тебе!
Она даже не представляет, что для меня значат ее слова!
Вдруг она взяла мою ладонь и прижалась к ней щекой, закрывая глаза с блаженной полуулыбкой на лице. Я загляделся на нее, как на ангела, посланного мне для искупления грехов! И хоть это кажется невозможным, все же я чувствую ее тепло и свет, которым Сирена наполняет меня, вытесняя всю злость и ярость прочь! Даря моему сердцу такое редкое, но такое нужное мне умиротворение!
Сегодня первая ночь, когда моя девочка официально свободна! Я не дал ей время для раздумий, зная, что она придумает тысячу причин, почему не может остаться! И сейчас вернее всего, она сидит дома вместо ночных прогулок с Лилой и думает, что совершила всемирную ошибку! У ее двери нет охраны, и теперь мне можно приходить к ней каждую ночь, так что она и не знает об этом! Стоя в тени, смотреть на нее. Возможно, это извращение! Но мы сами решаем, что для нас правильно, а что нет! Так что думаю, проследить за ее благополучием – отличная идея!
В своем доме на полке я нашел книгу, которую «одолжил» для Сирены. Взяв ее, я направился к ее коттеджу, изнутри освещенному мягким свечением. Лишь две свечи возле кровати с прозрачным балдахином и полная темнота. Я спокойно сел в кресло в углу комнаты, откуда открывается волшебный вид!
Сегодня ночь как никогда жаркая, а она явно не знает, как включить проветривание. Даже мне, сидя в капюшоне и пряча руки в карманах, чтобы она не увидела блеск моих печаток на пальцах, жарко. Девушка сняла халатик и осталась в ночной рубашке, видимо, выходить сегодня из дому она не собирается!
В ее руках какой то старый бумажный журнал, наверно, Лила постаралась. Пролистав его, она тяжело выдохнула и отбросила бумагу на столик. Дальше потянулась сидя, и начала собирать свои волосы. По моему телу прокатились мурашки от вида ее мокрого тела.
Я не знаю, сколько бы еще я сидел, так наблюдая за ней, но, судя по временной свече, сейчас прошло полчаса. Вдруг она начала всматриваться в темноту.
В груди зародился трепет.
- Соло?
Я почувствовал, как мои глаза расширились, а сердце застучало сильнее. Как она узнала? Я молчу.
